В одном городе на юге был зоологический сад. Небольшой зоологический сад, в котором находились один тигр, два крокодила, три змеи, зебра, страус и одна обезьяна, или, попросту говоря, мартышка.
И, конечно, разная мелочь – птички, рыбки, лягушки и прочая незначительная чепуха из мира животных.
В начале войны, когда фашисты бомбили этот город, одна бомба попала прямо в зоологический сад. И там она разорвалась с громадным оглушительным треском. Всем зверям на удивление.
Причём были убиты три змеи – все сразу, что, быть может, и не является таким уж тяжёлым фактом. И, к сожалению, страус.
Другие же звери не пострадали. И, как говорится, только лишь отделались испугом.
Из зверей наиболее всего была перепугана обезьяна, мартышка. Её клетку опрокинуло воздушной волной. Эта клетка упала со своего возвышения. Боковая стенка сломалась. И наша обезьяна выпала из клетки прямо на дорожку сада.
Она выпала на дорожку, но не осталась лежать неподвижной по примеру людей, привыкших к военным действиям. Наоборот. Она тотчас влезла на дерево. Оттуда прыгнула на забор. С забора на улицу. И, как угорелая, побежала.
Бежит и, наверно, думает: «Э нет, – думает, – если тут бомбы кидают, то я не согласна». И значит, что есть силы бежит по улицам города. И до того шибко бежит – будто её собаки за пятки хватают.
Пробежала она через весь город. Выбежала на шоссе. И бежит по этому шоссе прочь из города. Ну – обезьяна. Не человек. Не понимает, что к чему. Не видит смысла оставаться в этом городе.
Бежала, бежала и устала. Переутомилась. Влезла на дерево. Съела муху для подкрепления сил. И ещё пару червячков. И заснула на ветке, там, где сидела.
А в это время ехала по дороге военная машина. Шофёр увидел обезьяну на дереве. Удивился. Тихонько подкрался к ней. Накрыл её своей шинелькой. И посадил в свою машину. Подумал: «Лучше я её подарю каким-нибудь своим знакомым, чем она тут погибнет от голода, холода и других лишений». И значит, поехал вместе с обезьяной.
Приехал в город Борисов. Пошёл по своим служебным делам. А мартышку в машине оставил. Сказал ей:
– Подожди меня тут, милочка. Сейчас вернусь.
Но мартышка наша не стала ждать. Она вылезла из машины через разбитое стекло и пошла себе по улицам гулять.
И вот идёт она, как миленькая, по улице, гуляет, прохаживается, задеря хвост. Народ, конечно, удивляется, хочет её поймать. Но поймать её не так-то легко. Она живая, проворная, бегает быстро на своих четырёх руках. Так что её не поймали, а только замучили напрасной беготнёй.
Замучилась она, устала и, конечно, кушать захотела.
А в городе где она может покушать? На улицах ничего такого съедобного нет. Не может же она со своим хвостом в столовую зайти. Или в кооператив. Тем более денег у неё нет. Скидки нет. Продуктовых карточек она не имеет. Кошмар.
Всё-таки она зашла в один кооператив. Почувствовала, что там что-то такое имеется. А там отпускали населению овощи – морковку, брюкву и огурцы.
Заскочила она в этот магазин. Видит – большая очередь. Нет, в очереди она не стала стоять. И не стала расталкивать людей, чтобы пробиться к прилавку. Она прямо по головам покупателей добежала до продавщицы. Вскочила на прилавок. Не спросила, почём стоит кило морковки. А просто схватила целый пучок морковки. И как говорится, была такова. Выбежала из магазина, довольная своей покупкой. Ну – обезьяна. Не понимает, что к чему. Не видит смысла оставаться без продовольствия.
Конечно, в магазине шум произошёл, гам, переполох. Публика закричала. Продавщица, которая вешала брюкву, та вообще чуть в обморок не грохнулась от неожиданности. И действительно, можно напугаться, если вдруг рядом, вместо обычного, нормального покупателя, скачет что-то такое мохнатое, с хвостом. И ещё вдобавок денег не платит.Публика бросилась за обезьяной на улицу. А та бежит и на ходу морковку жуёт, кушает. Не понимает, что к чему.
И вот впереди всех бегут мальчишки. За ними взрослые. А позади бежит милиционер и дует в свой свисток.
И вдруг, откуда ни возьмись, выскочила собака. И тоже погналась за нашей мартышкой. При этом, такая нахалка, не только тявкает и лает, а прямо-таки норовит схватить обезьяну своими зубами.
Наша мартышка побежала быстрей. Бежит и, наверно, думает: «Эх, – думает, – зря покинула зоосад. В клетке спокойней дышится. Непременно вернусь в зоосад при первой возможности».
И вот бежит она что есть мочи, но собака не отстаёт и вот-вот хочет её схватить.
И тогда наша обезьяна вскочила на какой-то забор. И когда собака подпрыгнула, чтоб схватить мартышку хотя бы за ногу, та со всей своей силы ударила её морковкой по носу. И до того больно ударила, что собака завизжала и побежала домой со своим разбитым носом. Наверно, подумала: «Нет, граждане, лучше я буду дома спокойно лежать, чем ловить вам обезьяну и испытывать такие пренеприятности».
Короче говоря, собака убежала, а наша обезьяна прыгнула во двор.
А во дворе в это время колол дрова один мальчик, подросток, некто Алёша Попов.
Вот он колет дрова и вдруг видит обезьяну. А он очень любил обезьян. И всю свою жизнь мечтал иметь при себе какую-нибудь такую обезьяну. И вдруг – пожалуйста.
Алёша скинул с себя пиджачок и этим пиджачком накрыл мартышку, которая забилась в угол на лестнице.
Мальчик принёс её домой. Накормил её. Чаем напоил. И обезьяна была очень довольна. Но не совсем. Потому что Алёшина бабушка сразу её невзлюбила. Она накричала на мартышку и даже хотела ударить её по лапе. Всё из-за того, что, когда пили чай и бабушка положила свою откусанную конфету на блюдечко, обезьяна схватила эту бабушкину конфету и запихала её в свой рот. Ну – обезьяна. Не человек. Тот если и возьмёт что, так не на глазах же у бабушки. А эта прямо в присутствии бабушки. И конечно, довела её чуть не до слёз.
Бабушка сказала:
– Вообще это крайне неприятно, когда в квартире живёт какая-то макака с хвостом. Она будет меня пугать своим нечеловеческим видом. Будет прыгать на меня в темноте. Будет кушать мои конфеты. Нет, я категорически отказываюсь жить в одной квартире с обезьяной. Кто-нибудь из нас двоих должен находиться в зоологическом саду. Неужели же непременно я должна перейти в зоологический сад? Нет, уж пусть лучше она находится там. А я буду продолжать жить в моей квартире.
Алёша сказал своей бабушке:
– Нет, бабушка, вам не надо переходить в зоосад. Я сам гарантирую, что мартышка больше ничего у вас не съест. Я её воспитаю как человека. Я научу её кушать с ложечки. И пить чай из стакана. Что касается прыжков, то не могу же я запретить ей лазать на лампу, которая висит на потолке. Оттуда, конечно, она может прыгнуть вам на голову. Но вы, главное, не пугайтесь, если это произойдёт. Потому что это всего лишь безобидная обезьяна, привыкшая в Африке прыгать и скакать.
На другой день Алёша ушёл в школу. И попросил свою бабушку присмотреть за обезьяной. Но бабушка не стала за ней смотреть. Она подумала: «Вот ещё, стану я смотреть за всяким чудовищем». И с этими мыслями бабушка взяла и нарочно заснула в кресле.
И тогда наша обезьяна вылезла через открытую форточку на улицу. И пошла себе по солнечной стороне. Неизвестно – может быть, она прогуляться хотела, но, может быть, и решила снова заглянуть в магазин, чтоб там что-нибудь себе купить. Не за деньги, а так.
А по улице проходил в это время один старик. Инвалид Гаврилыч. Он шёл в баню. И в руках нёс небольшую корзинку, в которой лежало мыло и бельё.
Он увидел обезьяну и сначала даже не поверил своим глазам, что это обезьяна. Он подумал, что это ему показалось, поскольку перед этим он выпил кружку пива.
Вот он с удивлением смотрит на обезьяну. И та на него смотрит. Может быть, думает: «Это ещё что за чучело с корзинкой в руках?»
Наконец Гаврилыч понял, что это настоящая обезьяна, а не воображаемая. И тогда он подумал: «Дай-ка я её словлю. Отнесу завтра на рынок и там продам её за сто рублей. И на эти деньги подряд выпью десять кружек пива». И с этими мыслями Гаврилыч стал ловить обезьяну, приговаривая:
– Кыс, кыс, кыс… подойди сюда.
Нет, он знал, что это не кошка, но он не понимал, на каком языке с ней надо разговаривать. И только потом сообразил, что это высшее существо из мира зверей. И тогда он вытащил из кармана кусочек сахару, показал его обезьяне и сказал ей, поклонившись:
– Красавица мартышка, не желаете ли скушать кусочек сахара?
Та говорит: «Пожалуйста, желаю»… То есть вообще-то она ничего не сказала, потому что она говорить не умеет. Но она просто подошла, схватила этот кусочек сахару и стала его кушать.
Гаврилыч взял её на руки и посадил в свою корзинку. А в корзинке было тепло и уютно. И наша мартышка не стала оттуда выскакивать. Быть может, она подумала: «Пусть этот старый пень понесёт меня в своей корзинке. Это даже интересно».
Сначала Гаврилыч думал отнести её домой. Но потом ему не захотелось домой возвращаться. И он пошёл с обезьянкой в баню. Подумал: «Ещё и лучше, что я с ней в баню схожу. Я там её вымою. Она будет чистенькая, приятненькая. На шею я ей бантик привяжу. И мне за неё на рынке дороже дадут».
И вот он со своей мартышкой пришёл в баню. И стал с нею мыться.
А в бане было очень тепло, жарко – прямо как в Африке. И наша мартышка была очень довольна такой тёплой атмосферой. Но не совсем. Потому что Гаврилыч намылил её мылом, и мыло попало в рот. Конечно, это невкусно, но уж не настолько, чтоб кричать, царапаться и отказываться мыться – в общем, наша мартышка стала плеваться, но тут мыло попало ей в глаз. И от этого мартышка совершенно обезумела: она укусила Гаврилыча за палец, вырвалась из его рук и, как угорелая, выскочила из бани.
Она выскочила в ту комнату, где раздевались люди. И там она всех перепугала. Никто же не знал, что это обезьяна. Видят – выскочило что-то такое круглое, белое, в пене. Кинулось сначала на диван. Потом на печку. С печки на ящик. С ящика кому-то на голову. И снова на печку.
Некоторые нервные посетители закричали и стали выбегать из бани. И наша обезьяна тоже выбежала. И спустилась вниз по лестнице.
А там внизу находилась касса с окошечками. Обезьяна прыгнула в это окошечко, думая, что там ей будет спокойнее и, главное, не будет такой суетни и толкотни. Но в кассе сидела толстая кассирша, которая ахнула и завизжала. И выбежала из кассы с криком:
– Караул! Кажется, бомба попала в мою кассу. Накапайте мне валерианки.
Нашей мартышке надоели все эти крики. Она выскочила из кассы и побежала по улице.
И вот бежит она по улице, вся мокрая, в мыльной пене. А за ней снова бегут люди. Впереди всех мальчишки. За ними взрослые. За взрослым милиционер. А за милиционером наш престарелый Гаврилыч кое-как одетый, с сапогами в руках.
Но тут снова, откуда ни возьмись, выскочила собака, та самая, которая вчера за ней гналась.
Увидев её, наша мартышка подумала: «Ну, теперь, граждане, я окончательно пропала». Но собака на этот раз не погналась за ней. Собака только посмотрела на бегущую обезьяну, почувствовала сильную боль в носу и не побежала, даже отвернулась. Наверно, подумала: «Носов не напасёшься – бегать за обезьянами». И хотя отвернулась, но сердито залаяла – дескать, беги, но чувствуй, что я тут.
А в это время наш мальчик, Алёша Попов, вернувшись из школы, не нашёл дома своей любимой обезьянки. Он очень огорчился. И даже слёзы показались на его глазах. Он подумал, что теперь уж никогда больше он не увидит своей славной, обожаемой обезьянки.
И вот от скуки и грусти он вышел на улицу. Идёт по улице меланхоличный такой. И вдруг видит – бегут люди. Нет, сначала он не подумал, что они бегут за его обезьянкой. Он подумал, что они бегут благодаря воздушной тревоге. Но тут он увидел свою обезьяну, всю мокрую, в мыле. Он бросился к ней. Схватил её на руки. И прижал к себе, чтоб никому её не отдавать.
И тогда все бегущие люди остановились и окружили мальчика.
Но тут из толпы вышел наш престарелый Гаврилыч.
И, всем показывая свой укушенный палец, сказал:
– Граждане, не велите этому парнишке брать на руки мою обезьяну, которую я завтра хочу продать на рынке. Это же моя собственная обезьяна, которая укусила меня за палец. Взгляните все на этот мой распухший палец. И это есть доказательство того, что я говорю правду.
Мальчик Алёша Попов сказал:
– Нет, эта обезьяна не его, это моя обезьяна. Видите, с какой охотой она пошла ко мне на руки. И это тоже доказательство того, что я говорю правду.
Но тут из толпы выходит ещё один человек – тот самый шофёр, который привёз обезьяну в своей машине. Он говорит:
– Нет, это не ваша обезьяна. Это моя мартышка, потому что я её привёз. Но я снова уезжаю в свою воинскую часть, и поэтому я подарю обезьяну тому, кто её так любовно держит в своих руках, а не тому, кто хочет её безжалостно на рынке продать ради своей выпивки. Обезьяна принадлежит мальчику.
И тут вся публика захлопала в ладоши. И Алёша Попов, сияющий от счастья, ещё крепче прижал к себе обезьяну. И торжественно понёс её домой.
Гаврилыч же со своим укушенным пальцем пошёл в баню домываться.
И вот с тех пор обезьяна стала жить у мальчика Алёши Попова. Она и сейчас у него живёт. Недавно я ездил в город Борисов. И нарочно зашёл к Алёше – посмотреть, как там она у него живёт. О, она хорошо живёт. Она никуда не убегает. Стала очень послушной. Нос вытирает платком. И чужих конфет не берёт. Так что бабушка очень теперь довольна, не сердится на неё и уж больше не хочет переходить в зоологический сад.
Когда я вошёл в комнату к Алёше, обезьяна сидела за столом. Она сидела важная такая, как кассирша в кино. И чайной ложечкой кушала рисовую кашу.
Алёша сказал мне:
– Я воспитал её как человека, и теперь все дети и даже отчасти взрослые могут брать с неё пример.
