Когда я шел домой из бассейна, у меня было очень хорошее настроение. Мне нравились все троллейбусы, что они такие прозрачные и всех видать, кто в них едет, и мороженщицы нравились, что они веселые, и нравилось, что не жарко на улице и ветерок холодит мою мокрую голову. Но особенно мне нравилось, что я занял третье место в стиле баттерфляй и что я сейчас расскажу об этом папе, — он давно хотел, чтобы я научился плавать.
Он говорит, что все люди должны уметь плавать, а мальчишки особенно, потому что они мужчины. А какой же это мужчина, если он может потонуть во время кораблекрушения или просто так, на Чистых прудах, когда лодка перевернется?
И вот я сегодня занял третье место и сейчас скажу об этом папе. Я очень торопился домой, и, когда вошел в комнату, мама сразу спросила:
— Ты что так сияешь?
Я сказал:
— А у нас сегодня было соревнование.
Папа сказал:
— Это какое же?
— Заплыв на двадцать пять метров в стиле баттерфляй…
Папа сказал:
— Ну и как?
— Третье место! — сказал я.
Папа прямо весь расцвел.
— Ну да? — сказал он. — Вот здорово! — Он отложил в сторону газету. — Молодчина!
Я так и знал, что он обрадуется. У меня еще лучше настроение стало.
— А кто же первое занял? — спросил папа.
Я ответил:
— Первое место, папа, занял Вовка, он уже давно умеет плавать. Ему это не трудно было…
— Ай да Вовка! — сказал папа. — Так, а кто же занял второе место?
— А второе, — сказал я, — занял рыженький один мальчишка, не знаю, как зовут. На лягушонка похож, особенно в воде…
— А ты, значит, вышел на третье? — Папа улыбнулся, и мне это было очень приятно. — Ну, что ж, — сказал он, — все-таки что ни говори, а третье место тоже призовое, бронзовая медаль! Ну а кто же на четвертом остался? Не помнишь? Кто занял четвертое?
Я сказал:
— Четвертое место никто не занял, папа!
Он очень удивился:
— Это как же?
Я сказал:
— Мы все третье место заняли: и я, и Мишка, и Толька, и Кимка, все-все. Вовка — первое, рыжий лягушонок — второе, а мы, остальные восемнадцать человек, мы заняли третье. Так инструктор сказал!
Папа сказал:
— Ах, вот оно что… Все понятно!..
И он снова уткнулся в газеты.
А у меня почему-то совсем пропало хорошее настроение.
