Я не знаю точно, в каком городе это случилось и при каком правителе, но одно мне известно наверняка: история эта о любви. Только вот, что печально: один действительно любил, а другой лишь позволял себя любить.
Красавец Азиз, сын купца, жил в богатом доме рядом с мечетью, неподалёку жила и Азиза, ровесница юноши. Молодые люди вместе выросли, с детства любили друг друга, вот родители и надумали их поженить. Девушка не могла даже представить, что выйдет замуж за кого-то другого, а юноша любил её как сестру. И пусть настоящей любви у него не было, против женитьбы он не возражал.
Согласно обычаю в день свадьбы Азиз отправился в бани, как поступает по торжественным случаям всякий мусульманин. Собравшиеся гости долго ждали его возвращения, ждала и Азиза. День клонился к вечеру, а юноша всё не приходил. А произошло вот что.
— Эта девушка ждала именно тебя, Азиз. Цвет её шали ясно говорит, что она готова отдать тебе своё сердце…
— Не могу поверить. Для меня в ней заключён весь мир! — воскликнул юноша, не замечая, что Азиза украдкой вытирает глаза.
Вскоре он вновь поспешил к дому незнакомки. Прошло три дня, и она появилась в окне с накинутой на плечи шалью из светящегося шёлка, украшенной золотыми бусинами. На прекрасном бледном лице девушки горели огромные глаза. Перед тем как отойти от окна, как в прошлый раз, она положила на подоконник тёмно-красную розу и поставила рядом лампу.
Азиз ждал до вечера, но красавица так и не появилась. Печальный, возвратился он домой, и Азиза стала его утешать:
— Эта девушка намекнула, что любит тебя, оставив на окне цветок. Когда стемнеет, иди в её сад.
— Откуда ты знаешь? Ведь она не произнесла ни слова? — удивился юноша.
— Она поставила лампу на окно — с ней и будет ждать тебя в саду. Сам увидишь, — улыбнулась Азиза, с трудом скрывая свою печаль.
Когда стемнело, она проводила возлюбленного в сад. В беседке среди деревьев горела лампа, стоял стол, заставленный всевозможными яствами: были там жареные куры, сладкие шербеты, фрукты и пряные вина, только вот юной красавицы там не было.
Азиз сел за стол и принялся за трапезу, а насытившись, уснул. Спал он крепко, словно опоённый маковым семенем, а проснувшись утром, очень испугался, обнаружив у себя на груди острый кинжал и серебряный динар. Так никого и не дождавшись, Азиз побрёл домой.
— Что всё это значит, Азиза? — в смятении спросил юноша, едва взглянув на девушку.
— Если опять пойдёшь в тот сад, ты не должен спать, а не то лишишься жизни — об этом говорит кинжал. Бодрствуй — и будешь вознаграждён, что обещает серебряный динар.
Следующей ночью она снова проводила юношу в сад красавицы. Никто из них даже не подозревал, что та была дочерью ведьмы, которая хотела заполучить Азиза с помощью злых чар.
— Храни тебя Бог, — произнесла Азиза, словно видела юношу в последний раз.
Так оно и случилось: для него она словно перестала существовать, но и прекрасную незнакомку Азиз не видел в саду целый год.
Напрасно Азиза старалась привлечь внимание юноши и обливалась горючими слезами — он её не замечал. Не в силах переносить неразделённую любовь и горе, девушка умерла. Накануне её похорон Азиз вдруг затосковал по дому и отправился проведать старых родителей. После двухдневного траура юноша снова отправился к дому красавицы. На сей раз девушка была в саду, и он поведал ей о случившемся.
— За всё, что ты совершил, тебя ждёт возмездие. Око за око, зуб за зуб. Она же умерла от безответной любви. Смерть, разрушающая счастье и разделяющая людей, уже точит для тебя косу!
— Но разве не ради тебя ходил я сюда целый год? — воскликнул юноша.
Помолчав, ведьмина дочь ответила:
— Что ж, если это правда, то я защищу тебя от угрюмой жрицы. Отныне ты будешь принадлежать мне, и только мне. Понимаешь? Ты не должен улыбаться ни одной девушке, вообще не должен на них смотреть.
Азиз с лёгким сердцем поклялся, не желая больше никому причинять горе, и от греха подальше ушёл из родного города. Прошёл ещё год, и юноша вновь приехал повидаться с родителями. Наступил вечер. На одной из боковых улочек города к нему подошёл незнакомый старик, с лицом, изборождённым морщинами.
— Храни тебя Аллах, Азиз. Тебя послал мне всемогущий Господь. У меня письмо от сына, а я не могу прочесть. Обычно мне читал факир, но сейчас его нет. Не поможешь ли мне?
— Конечно, — любезно согласился Азиз, заходя в дом старика.
И тут же забыл не только о письме, но и обо всём на свете. В ярком свете масляной лампы он увидел дочь старика, девушку божественной красоты, с которой не сравнится ни принцесса, ни королева. Азиз влюбился без памяти, только красавица тут же охладила его пыл:
— Знаю, что ты влюбился в меня с первого взгляда, но знаю и другое: довлеют над тобой ужасные колдовские чары. Если хочешь избежать страданий, оставайся одиноким, но можно подписать брачный договор и я сразу же стану твоей женой!
Не описать словами, как обрадовался Азиз: всё ещё не верилось, что эта небесная красавица готова выйти за него замуж, однако вскоре убедился, что слов на ветер она не бросает, поскольку в тот же день они поженились.
Прошёл ещё год. Азиз вспомнил, что так и не повидался с родителями: увидел красавицу и влюбился, — и отправился в отчий дом. На этот раз его ждал сюрприз. Встретила его не матушка, а ведьмина дочка, о которой он совершенно забыл.
— Я знала, что ты придёшь, Азиз, — со зловещим блеском в глазах прошипела ведьмина дочь, впуская его в дом. — Ты унизил и опозорил меня, нарушил клятву и не уйдёшь отсюда живым!
Лишь теперь неверный юноша осознал свои проступки и вспомнил то, что когда-то говорила ему несчастная Азиза. Упав на колени перед разъярённой девицей, Азиз произнёс:
— Только верность достойна уважения. Предательство же смертный грех.
Ведьмина дочь презрительно оттолкнула его и произнесла угрожающе:
— Вот и живи грешником — оставлю тебя в живых, но ты всегда будешь носить на себе знак позора и предательства. Схватить его!
Не успел Азиз опомниться, как чёрные рабы скрутили его так, что он не мог пошевелиться. Ведьмина дочь сунула железное тавро в жаровню, чтобы выжечь символ позора всех неверных мужчин и женщин у юноши на животе. Азиз не почувствовал боли, до его сознания не дошли и слова ведьминой дочери. И лишь когда на пороге она обернулась, он услышал:
— Теперь, с этим зна́ком, ты будешь всеми гоним! Вот тогда поймёшь, как ужасно предавать.
Иллюстратор Вилгусова Х.
