Жил-был мужик; у него было три сына.
Пошел старший сын в батраки наниматься; пришел в город и нанялся к купцу, а тот купец куда был скуп и суров! Только одну речь и держал: как запоет петух, так и вставай батрак, да принимайся за работу. Трудно, тяжело показалось парню; прожил он с неделю и воротился домой.
Пошел средний сын, прожил у купца с неделю, не выдержал и взял расчет.
— Батюшка, — говорит меньшой сын, — позволь, я пойду в батраки к купцу.
— Куда тебе, дураку! Знал бы сидел на печи! Получше тебя ходили, да ни с чем ворочались.
— Ну как хочешь, а я пойду!
Сказал и пошел к купцу:
— Здравствуй, купец!
— Здравствуй, молодец! Что хорошего скажешь?
— Найми меня в батраки.
— Изволь; только у меня, брат, как петух запоет — так и ступай на работу на весь день.
— Знамое дело: нанялся, что продался!
— А что возьмешь?
— Да что с тебя взять? Год проживу — тебе щелчок да купчихе щипок; больше ничего не надо.
— Ладно, молодец! — отвечает хозяин, а сам думает: «Экая благодать! Вот когда дешево нанял, так дешево!»
Ввечеру батрак изловчился, поймал петуха, завернул ему голову под крыло и завалился спать. Уж полночь давно прошла, дело к утру идет — пора бы батрака будить, да петух не поет! Поднялось солнышко на небо — батрак и сам проснулся.
— Ну, хозяин, давай завтракать, время работать идти.
Позавтракал и проработал день до вечера; в сумерки опять изловил петуха, завернул ему голову за крыло и завалился спать до утра. На третью ночь опять тоже.
Дался диву купец, что за притча такая с петухом: совсем перестал горло драть!
— Пойду-ка я, — думает, — на деревню, поищу иного петуха.
Пошел купец петуха искать и батрака с собою взял.
Вот идут они дорогою, а навстречу им четверо мужиков быка ведут, да и бык же — большой да злющий! Еле-еле на веревках удержат!
— Куда, братцы? — спрашивает батрак.
— Да быка на бойню ведем.
— Эх, вы! Четверо быка ведете, а тут и одному делать нечего!
Подошел к быку, дал ему в лоб щелчок и убил до смерти; опосля ухватил щипком за шкуру — вся шкура долой!
Купец как увидел, каковы у батрака щелчки да щипки, больно пригорюнился; совсем забыл о петухе, вернулся домой и стал с купчихой совет держать, как им беду-горе отбывать?
— А вот что, — говорит купчиха, — пошлем-ка мы батрака поздно вечером в лес, скажем, что корова со стада не пришла; пускай его лютые звери съедят!
— Ладно!
Дождались вечера, поужинали; вышла купчиха на двор, постояла у крылечка, входит в избу и говорит батраку:
— Что ж ты коров в сарай не загнал? Ведь одной-то, комолой, нету!
— Да, кажись, они все были…
— То-то все! Ступай скорей в лес да поищи хорошенько.
Батрак оделся, взял дубинку и побрел в дремучий лес; сколько ни ходил по лесу — не видать ни одной коровы; стал присматриваться да приглядываться — лежит медведь в берлоге, а батрак думает — то корова.
— Эхма, куда затесалась, проклятая! А я тебя всю ночь ищу.
И давай осаживать медведя дубинкою; зверь бросился наутек, а батрак ухватил его за шею, приволок домой и кричит:
— Отворяй ворота, принимай живота!
Пустил медведя в сарай и запер вместе с коровами. Медведь сейчас принялся коров душить да ломать; за ночь всех до одной так и порешил. Наутро говорит батрак купцу с купчихою:
— Ведь корову-то я нашел.
— Пойдем, жена, посмотрим, какую корову нашел он в лесу?
Пошли в сарай, отворили двери, глядь — коровы задушены, а в углу медведь сидит.
— Что ты, дурак, наделал? Зачем медведя в сарай притащил? Он всех коров у нас порешил!
— Постой же, — говорит батрак, — не миновать ему за то смерти!
Кинулся в сарай, дал медведю щелчок — из него и дух вон!
— Плохо дело, — думает купец, — лютые звери ему нипочем. Разве один черт с ним сладит!
— Поезжай, — говорит батраку, — на чертову мельницу да сослужи мне службу великую: собери с нечистых деньги; в долг у меня забрали, а отдавать не отдают!
— Изволь, — отвечает батрак, — для чего не сослужить такой безделицы?
Запряг лошадь в телегу и поехал на чертову мельницу; приехал, сел на плотине и стал веревку вить. Вдруг выпрыгнул из воды бес:
— Батрак! Что ты делаешь?
— Чай, сам видишь: веревку вью.
— На что тебе веревка?
— Хочу вас, чертей, таскать да на солнышке сушить; а то вы, окаянные, совсем перемокли!
— Что ты, что ты, батрак! Мы тебе ничего худого не сделали.
— А зачем моему хозяину долгов не платите? Занимать небось умели!
— Постой немножко, я пойду спрошу старшого, — сказал черт и нырнул в воду. Батрак сейчас за лопату, вырыл глубокую яму, прикрыл ее сверху хворостом, посередке свой шлык уставил, а в шлыке-то загодя дыру прорезал.
Черт выскочил и говорит батраку:
— Старшой спрашивает, как же будешь ты чертей таскать? Ведь наши омуты бездонные.
— Великая важность! У меня на то есть веревка такая: сколько хочешь меряй, все конца не доберешься.
— Ну-ка покажи!
Батрак связал оба конца своей веревки и подал черту; уж тот мерил-мерил, мерил-мерил, все конца нету.
— А много ль долгов платить?
— Да вот насыпь этот шлык серебром, как раз будет.
Черт нырнул в воду, рассказал про все старшому; жаль стало старому с деньгами расставаться, а делать нечего, пришло раскошеливаться. Насыпал батрак полон воз серебра и привез к купцу.
— Вот она беда-то! И черт его не берет!
Стал купец с купчихой уговариваться бежать из дому; купчиха напекла пирогов да хлебов, наклала два мешка и легла отдохнуть, чтоб к ночи с силами собраться да от батрака уйти. А батрак вывалил из мешка пироги и хлебы да заместо того в один положил жернова, а в другой сам залез; сидит — не ворохнется, и дух притаил! Ночью разбудил купец купчиху, взвалили себе по мешку на плеча и побежали со двора. А батрак из мешка подает голос:
— Эй, хозяин с хозяйкой! Погодите, меня с собой возьмите.
— Узнал, проклятый! Гонит за нами! — говорят купец с купчихою и побежали еще шибче; во как уморились! Увидал купец озеро, остановился, сбросил мешок с плеч:
— Отдохнем, — говорит, — хоть немножко!
А батрак отзывается:
— Тише бросай, хозяин! Все бока переломаешь.
— Ах, батрак, да ты здесь!
— Здесь!
Ну, хорошо; решились заночевать на берегу и легли все рядышком.
— Смотри, жена, — говорит купец, — как только заснет батрак, мы его бросим в воду.
Батрак не спит, ворочается, с боку на бок переваливается. Купец да купчиха ждали-ждали и уснули; батрак тотчас снял с себя тулуп да шапку, надел на купчиху, а сам нарядился в ее шубейку и будит хозяина:
— Вставай, бросим батрака в озеро!
Купец встал; подхватили они вдвоем сонную купчиху и кинули в воду.
— Что ты, хозяин, сделал? — закричал батрак. — За что утопил купчиху?
Делать нечего купцу, воротился домой с батраком, а батрак прослужил у него целый год да дал ему щелчок в лоб — только и жил купец! Батрак взял себе его имение и стал жить-поживать, добра припасать, беду избывать.
