Был у крестьянина сын. Пока мальчик в одной рубашонке бегал, отец на него нарадоваться не мог. Шустрый парнишка — хорошим помощником будет.
Подрос сын, отец запечалился. Взглянет на парня — и головой покачает. Не то чтобы сын лентяем, непутёвым лоботрясом стал. Нет, парень старательный, от работы не бегает. Да только проку от его усердия не много. За что ни возьмётся, всё у него из рук валится. Поручат ему дело, он спрашивает, с чего начать, как это дело сделать да чем кончить. Одним
словом, неумелец — не подпираясь чужим умом, шагу ступить не умеет.
Вот однажды отец говорит:
— Поезжай, сынок в лес. Наруби на зиму дров.
— А какие деревья рубить? — спрашивает сын.
— Лучше всего буковые, — отвечает отец.
— А потом что делать?
— На арбу наложи, прикрути верёвкой и вези домой.
— А если по дороге случится что?
— Да разве наперёд всё угадаешь! Когда случится, тогда и думать будешь.
— А если я не придумаю?
Тут крестьянин терпение потерял:
— Ну уж тогда зови Беду, она тебе поможет.
Запряг сын в арбу двух волов и отправился в лес. Всё сделал, как отец велел: нарубил буковых дров, наложил на арбу, верёвкой прикрутил и поехал назад.
Медленно переступают волы. Колёса скрипят-заливаются. Парень рядом идёт и весело покрикивает:
— Цоб цабэ, круторогие! Цоб цабэ!
Рад, что отцовский приказ выполнил. Вдруг зацепилось заднее колесо арбы за корень старого дуба.
Стали волы как вкопанные. Ни туда ни сюда.
«Вот тебе и раз! — думает парень. — Как же быть? И спросить не у кого. Придётся Беду звать».
Набрал он воздуху побольше и закричал:
— Иди ко мне, Беда!
Подождал — тихо.
Тогда он закрутил хворостиной над головой и крикнул на волов:
— Гей! Гей!
Волы нагнули рога, рванулись. Арба стронулась с места. Колесо-то через корень перевалило, а ось — крак! — и переломилась пополам. Парень чуть не заплакал с досады. Теперь уж без Беды никак не обойтись!
— Эй, Беда, не видишь разве, что со мной приключилось! Иди сюда скорей!
Помолчит парень, прислушается и опять Беду кличет. Охрип даже. А Беда словно оглохла. Не откликается, не идёт.
Тем временем солнце садиться начало. Скоро стемнеет. Страшно парню одному на ночь в лесу оставаться. Ещё волки съедят! Надо добираться до дому.
Потоптался он, почесал затылок. Потом за топор взялся. Срубил парень лесину — не толстую, не тонкую, а ровно такую, какая нужна. Обстругал её, сделал новую ось. Старую вытащил, эту вставил. Верёвкой, что волов всегда привязывал, прикрутил ось на место. А немного верёвки не хватило — надрал лыка с липы, надставил лыком.
Ну вот, теперь и без Беды до дому доехать можно.
— Гей! Гей!
Медленно переступают волы. Колёса скрипят-заливаются. Парень рядом шагает, покрикивает:
— Цоб цабэ, круторогие! Цоб цабэ!
Вызвездило на небе. Парень во двор въехал.
— Ну как, сын, съездил? — спрашивает отец. — Ничего худого не стряслось с тобой в дороге?
— Стряслось, отец, — отвечает сын.
И рассказал всё как было. Потом говорит:
— Я твоего совета послушался. Да ничего из этого не получилось. Не пришла Беда мне помогать, как ни звал.
Отец засмеялся. — Эх, сын! — сказал он. — Да ведь Беда приходила. Кто же тебе и помог, как не Беда. Это она тебя заставила умом пораскинуть. Недаром ещё мой дед говаривал: «Беда измучит, а уму — разуму научит!»
Иллюстратор Кочергин Н.
