Наша деревенька расположилась у подножия гор, чьи островерхие вершины тянутся к самым облакам. Самая высокая гора с давних пор зовётся Горой целебных трав. Где-то у её вершины берёт начало река, дающая воду нашей деревне и спускается вниз шумящим водопадом. Но взобраться на эту вершину — задача из невыполнимых, так как путь к ней преграждён неприступными скалами. Однако одному человеку удалось побывать там. В те времена гора называлась иначе, но все уже давно забыли её старое название, а вот о человеке, поднявшемся на её вершину, помнят до сих пор, тем более, что он и родился в нашей деревне.
Но лучше я расскажу вам эту историю от начала и до конца.
Давным-давно в семье самого бедного крестьянина родился мальчик. Но едва он появился на свет, отец посмотрел на него с грустью и сказал:
— Сынок, сынок, ты пришёл в этот мир себе на горе, ведь вся твоя жизнь будет борьбой с нуждой.
Но жена бедняка в ответ на это сказала ему с улыбкой:
— Не говори так! Лучше взгляни, какой высокий лоб, и какие большие глаза у нашего малыша. Он будет умным и красивым, когда вырастет. Я верю, что он появился на свет, чтобы принести счастье. Так давай же дадим ему имя Дай-фу, то есть Приносящий счастье.
Мать Дай-фу оказалась права, когда её сын вырос, он осчастливил многих людей. Но пока он был совсем крохой, его родителям приходилось ещё тяжелее, чем до его рождения, ведь нужно было кормить на одного едока больше. Своё пропитание они добывали с потом и слезами, трудясь от рассвета до поздней ночи. Бывало, что в доме оставалось лишь несколько зёрен риса и малость овощей, и в такие дни мать и отец оставались голодными, отдавая последнюю пищу любимому сыну. Они надеялись, что когда Дай-фу подрастёт, он станет им помощником и опорой.
И вот наступил день, когда Дай-фу исполнилось пятнадцать лет. Той осенью он вместе с родителями отправился к дальней горной долине, чтобы накопать там съедобных кореньев и собрать поспевшие ягоды для заготовок на зиму. Но семья попала под холодный проливной дождь. Ненастье длилось три дня, и из-за бурных горных потоков выход из долины был перекрыт. Только на четвёртые сутки бедняки смогли вернуться в свою обветшалую фанзу.
Молодому и крепкому Дай-фу всё было ни по чём, а вот его родители слегли от тяжёлой простуды. Они метались и бредили от сильного жара на старой циновке, и мальчик, сильно испугавшись за них, помчался к лекарю, который жил на восточном конце деревни.
Деревенский лекарь даже не повернул головы в сторону бедного мальчика, когда тот попросил у него лекарство для больных родителей, словно Дай-фу не достоин был даже взгляда. Сквозь зубы лекарь процедил в ответ на его просьбу:
— Лекарство, которое ты просишь, стоит гораздо дороже твоих родителей. Иди прочь из моей лавки и не беспокой меня!
Со слезами на глазах мальчик побежал на другой конец деревни к другому лекарю, надеясь, что он окажется более милосердным к беднякам.
— Ни к чему тратить целебные настойки и снадобья на бедняков, — важно сказал другой деревенский лекарь. — Бедняк либо выздоровеет сам, либо всё равно умрёт.
Дай-фу ничего не оставалось, как только возвратиться домой с пустыми руками.
Несколько дней он не отходил от умирающих родителей, поправляя им подушки и давая им вместо целебных отваров воду, надеясь на их чудесное исцеление. Но к несчастью мать и отец умерли один за другим, и Дай-фу остался сиротой.
В душе мальчика поселились горечь и гнев. Он твердил себе: «Когда-нибудь я буду лекарем, и бедняки больше не будут умирать из-за того, что у них нет денег на лекарство»!
Соседи утешали мальчика, как могли, приносили ему кто миску супа, кто — лепёшку, но услышав о его мечте стать лекарем, они лишь разводили руками, говоря:
— Рыба в реке не водится без воды, так и бедняку не стать лекарем без денег.
На это Дай-фу им отвечал:
— Даже пересохшая канава иногда становится рекой от нахлынувших горных потоков. Я обязательно стану лекарем.
Удивляясь упорству мальчика, соседи решили ему помочь, и вскладчину собрали немного денег на его обучение. Затем один из них отвёл сироту к городскому лекарю, державшему лавку рядом с базаром. Односельчанин Дай-фу одарил лекаря подарками, купленными на деньги всех соседей, и тот согласился взять мальчика в ученики.
Вот только обучение проходило совсем не так, как Дай-фу себе представлял. Ещё до рассвета старый лекарь будил своего ученика криком:
— Поднимайся живее да готовь мне завтрак!
Едва насытившись, он снова отдавал приказание:
— Наноси воды! Наруби дров! Приготовь обед! Подмети в лавке!
А когда все дневные труды заканчивались и на небосклоне зажигались звёзды, учитель ложился в мягкую постель, а его ученик должен был стеречь фанзу.
Но как бы ни была трудна жизнь мальчика, он послушно выполнял все приказания своего учителя и при этом умудрялся впитывать словно губка, всё премудрости, какие должен знать настоящий лекарь. Когда его руки были заняты работой по дому, глаза и уши внимательно следили за старым лекарем: какие советы он давал больным, какие травы использует для своих отваров и снадобий. А по ночам он старательно выводил на земляном полу иероглифы, написанные на деревянных ящичках шкафа с лекарствами, и заучивал их наизусть.
На протяжении трёх долгих лет Дай-фу постигал, таким образом, все премудрости целительства. И к концу третьего года пребывания у старого лекаря мог с первого взгляда определить, чем болен человек и как облегчить его страдания. Он различал на вид и по запаху сотню лечебных трав и кореньев, используемых для приготовления целительных отваров, снадобий и мазей.
И вот, наконец, настал день, когда Дай-фу сказал своему учителю:
— Целебные растения, которые дарит земля Поднебесной, растут не только для богатых, а для всех людей без исключения. Я покидаю твой дом, чтобы у бедняков тоже появилась надежда на исцеление.
Старый лекарь смерил его презрительным взглядом и сказал:
— Если бы все нищие, которые пожелали бы лечить людей могли стать лекарями, то небеса давно бы уже рухнули на землю! Но, как видишь, небосвод от начала времён и до сего дня высоко простирается над землёй!
Дай-фу ничего не сказал в ответ и после недолгих сборов покинул дом старого лекаря. С лёгким сердцем он оставил позади шумный город и направился в родные места.
Солнце ещё не село, а юноша уже стоял на пороге той обветшалой фанзы, в которой он появился на свет. За три года она почти разрушилась, циновки на полу истлели, а старый котёл треснул. Но юноша был рад вернуться домой, ведь по соседству жили добрые и отзывчивые люди, которые приветливо его встретили. Накормив Дай-фу, они стали спрашивать его о том, чему он научился за годы обучения и чем собирается заниматься. Но когда они узнали, что юноша также беден, как и раньше, радость их померкла, и старейший из соседей сказал:
— Ох, сынок, даже самой искусной хозяйке не сварить кашу, не имея риса. Как же ты без целебных снадобий собираешься лечить людей?
— Если у хозяйки нет риса, она найдёт, где его взять, — ответил на это Дай-фу.
На рассвете следующего дня, юноша, взяв с собой плетёную корзинку, отправился в горы. По тонким извилистым тропинкам он поднимался на крутые склоны и спускался в глубокие ущелья, бродил среди голых скал и зеленеющих долин. Дай-фу старался отыскать хоть какое-нибудь целебное растение, но так ничего и не нашёл. Тогда юноша решил подняться на вершину самой высокой горы, склоны которой поросли густым лесом, и где никогда ещё не ступала нога человека. По еле различимым следам диких зверей он взбирался всё выше и выше и даже не заметил, как опустились сумерки, и показалась луна. Только тогда Дай-фу остановился и понял, что уже слишком поздно искать травы и коренья. Оглядевшись, он не увидел тех следов, по которым поднялся сюда, только безмолвные чернеющие горы окружали его со всех сторон. В лунном свете окружающий мир преобразился до неузнаваемости, вселяя в сердце юноши тревогу.
Вскоре послышалось пение соловья, и словно вторя ему, завыли на луну волки. Дай-фу старался найти дорогу вниз, но никак не находил спуска. Где-то совсем близко зарычал тигр, и это не предвещало ничего хорошего.
Вдруг мимо юноши проплыла, едва касаясь земли, девушка в зелёном одеянии. Как было не удивиться Дай-фу, ведь час поздний, место дикое, что может здесь делать девушка?!
«Видимо, она заблудилась, как и я. Нельзя оставлять её одну, — решил юноша. — Нужно последовать за ней, вдруг ей понадобится моя помощь».
Так он и поступил. Через какое-то время девушка вывела его на небольшую поляну, залитую лунным светом. Повернувшись к Дай-фу, она спросила:
— Почему ты преследуешь меня, юноша?
Дай-фу ответил, ничего не тая:
— Я боюсь за тебя, ведь дикие звери могут в любой момент напасть и обидеть тебя.
На лице девушки засияла улыбка и она сказала:
— В этом месте никто не причинит мне вреда, а что ты здесь делаешь в такой час?
— Я искал целебные травы и коренья.
— Кто-то из твоих близких болен?
Дай-фу ответил, качая головой:
— Нет у меня близких, я один на этом свете.
— Тогда целебные растения тебе нужны для того, чтобы их продать и хорошо на этом заработать?
— Нет, ты ошибаешься! Я искал редкие травы и коренья, чтобы исцелять бедняков, которые не могут заплатить за лекарство.
— И много ли целебных растений ты собрал?
Юноша вздохнул и ответил:
— К сожалению, моя корзина пуста.
Тогда девушка засмеялась, и Дай-фу показалось, что он слышит не смех, а звон множества серебряных колокольчиков.
— Неужели ты, следуя за мной, совсем не смотрел себе под ноги? — звенел голос красавицы.
Юноша опустил свой взгляд и не поверил своим глазам. Прямо у его ног, расстилаясь ковром, росли редчайшие целебные травы и цветы. Лунный свет играл на соцветиях горной арники, останавливающей кровотечение, рядом качала своими колокольчиками наперстянка, способная исцелить больное сердце. Тут же радовала глаз своими лиловыми цветами красавка, унимающая боль и спасающая от отравления ядовитыми грибами, а неподалёку висели алые ягоды лимонника или, как называют его в народе увейцзы — плод пяти вкусов. Достаточно одной горсти этих алых ягод, чтобы вернуть силы уставшему или ослабевшему человеку. И куда бы Дай-фу не кинул свой взгляд, повсюду росло множество трав, цветов и кореньев, необходимых хорошему лекарю.
Он так обрадовался, что даже не мог подобрать слов, чтобы поблагодарить девушку, к тому же лицо её было настолько прекрасно, что Дай-фу окончательно потерял дар речи.
А красавица лукаво спросила:
— Достаточно ли ярко светит луна, чтобы ты мог разглядеть, то, что растёт у тебя под ногами?
Юноша с трудом ответил:
— Твоё лицо сияет ярче луны. Скажи мне кто ты и где твой дом?
— Мой дом здесь и я владычица всех трав цветов и деревьев, растущих на этой горе. Больше всего я дорожу целебными растениями и поэтому скрываю их от жадных и злых людей и показываю только бескорыстным и добрым. Такого доброго сердца, как у тебя мне ещё не доводилось встречать, и я позволяю тебе собрать столько целебных растений сколько тебе нужно. Так чего же ты ждёшь?
Дай-фу наклонился и принялся наполнять свою корзинку разными травами, цветами, ягодами и кореньями. Когда же она наполнилась, девушка в зелёном одеянии исчезла. Юноша огляделся и увидел впереди только голые скалы, по краю которых плыла луна, а где-то рядом шумел водопад.
«Ещё немного и луна спрячется за вершиной горы, как же я тогда найду путь домой?» — подумал Дай-фу.
И в тот же миг он заметил, что стоит на хорошо утоптанной тропинке. Не раздумывая, он пошёл по ней и к восходу солнца был уже в своей деревне.
С того самого дня двери его дома всегда были открыты, и бедняки постоянно приходили к нему за лекарством и за добрым советом. Он никому не отказывал в помощи, в какое бы время суток к нему не приходили — среди белого дня или посреди ночи. Он забывал про сон и отдых и спешил облегчить страдания таких же бедняков, какими были и его родители.
— Недаром мать и отец назвали его Дай-фу, ведь он действительно приносит людям счастье! — говорили его соседи.
Однако за всеми заботами молодой лекарь каждый день вспоминал о девушке в зелёном одеянии. Перед сном он обещал себе: «Завтра на рассвете я снова поднимусь на гору и, возможно, опять встречу её».
Но едва занимался новый день, кто-нибудь из бедняков звал его к больному ребёнку или к постели умирающего старика. Так и проходили дни.
Как-то раз к Дай-фу прибежал мальчик и со слезами сказал, что его отцу очень плохо. Юноша тотчас поспешил к больному. Войдя в бедную фанзу, он увидел измождённого болезнью человека, лежащего на старой циновке. У него болело горло, и ему было очень тяжело дышать и говорить.
После осмотра молодой лекарь понял, что жить бедняку осталось совсем немного. Дай-фу постарался утешить умирающего старика добрыми словами. Больной вскоре успокоился и задремал, а лекарь тяжело вздохнул и покачал головой. И тут Дай-фу услышал приглушённые рыдания. Это плакал мальчик, который догадался, что вскоре останется один. Сердце Дай-фу защемило от жалости, ведь он лучше других понимал горе этого мальчика. И тогда юноша вспомнил, что только горный чай способен исцелить этого больного. «Я должен сейчас же отправиться в горы, чтобы отыскать эту редкую траву!» — подумал Дай-фу, и поднялся на ноги. В дверях он обернулся к мальчику и сказал:
— Не унывай, надежда ещё есть! Скоро я принесу лекарство.
Дай-фу никогда не доводилось держать в руках горный чай, и видел он его всего лишь раз на картинке в книге своего учителя. Однажды он ненадолго оставил старинную книгу на столе, и юноша смог быстро перелистать её страницы. Там он и увидел нарисованные листья горного чая, которые растут на голых камнях самых высоких гор.
Долго бродил молодой лекарь по самой высокой горе. Целебные травы и цветы не прятались от него, стелились ковром, но среди них не было того, что он и скал и юноша проходил мимо.
К закату солнца он оказался на полянке у подножия неприступных скал. Подняв голову к вершине окутанной облаками, Дай-фу подумал: «Так высоко ещё никто не поднимался, возможно, там, на вершине и растёт то, что мне нужно». Но взобраться туда по скалам было невозможно, так как на них не было ни уступов, ни расщелин, только сплошные отвесные каменные стены. Юноша поник, словно сорванный цветок. И вдруг до него донёсся шум водопада, и тогда Дай-фу узнал это место. Ведь именно здесь он говорил с красавицей в зелёном одеянии.
— Если кто и сможет мне помочь, то только она, — сказал сам себе юноша, — ведь она шэньсянь — волшебница.
Едва он это промолвил, как с вершины посыпались камни, деревья закачались от порыва ветра и на поляну выпрыгнул громадный свирепый тигр. Он раскрыл свою огромную пасть, обнажив острые клыки, и грозно зарычал на юношу. Другой бы на его месте испугался и бросился бежать, но Дай-фу шагнул ему навстречу и храбро сказал:
— Возможно, ты голоден, тигр, и готов растерзать меня, но если я умру, то умрёт и больной отец одного мальчика и последний останется сиротой. Позволь же мне помочь больному!
И к великому изумлению молодого лекаря тигр кивнул головой в знак согласия и лёг у его ног, подставив свою полосатую спину. Дай-фу взобрался на спину тигра, а тот с разбега, сделав огромный прыжок, мгновенно очутился на вершине горы.
Дай-фу слез с тигра и пошёл вперёд. На вершине горы росло много неведомых юноше растений. Одни цвели красно-коралловыми цветами, другие — золотистыми, третьи голубели в пышной листве, словно бирюза. И среди этого великолепия скромно росли неприметные кустики горного чая.
Юноша протянул к ним руку, но вдруг за его спиной раздался знакомый серебристый смех. Обернувшись, Дай-фу увидел ту красавицу, о которой столько раз являлась ему во сне. При свете заходящего солнца она была ещё прекраснее, чем в ту лунную ночь, когда юноша увидел её впервые. Нежное лицо девушки обрамляли шелковистые волосы, а яркий изумрудно — зелёный наряд удивительно подчёркивал её красоту.
— Теперь ты знаешь, где я живу, Дай-фу, — проговорила девушка. — Ещё никому из людей не удавалось побывать здесь в моих владениях. Но тебе я рада, будь моим гостем! Я увидела тебя сверху, когда ты с тоской смотрел на вершину этой горы. И тогда я попросила тигра доставить тебя сюда. Ответь мне, Дай-фу, почему ты так смотрел на эту заоблачную вершину? Может, потому, что твоё сердце стремилось ко мне?
Дай-фу ответил девушке со всей искренностью:
— С того самого дня, как я впервые увидел тебя, я каждый день мечтал о нашей новой встрече, но в те минуты, когда я смотрел на эту вершину, мои помыслы были заняты другим. Я стремился попасть сюда, чтобы отыскать горный чай, который способен исцелить умирающего человека.
Девушка разочарованно вздохнула и промолвила:
— Вот он, горный чай, и ты можешь сорвать его.
Дай-фу нарвал чайных листиков и бережно сложил их в свою соломенную шляпу. Ему нужно было спешить к больному, но он был не в силах оторвать свой взгляд от волшебницы.
— Отчего же ты не идёшь обратно? — негромко спросила она.
— Мне тяжело снова расставаться с тобой, — ответил юноша.
— И мне не хочется отпускать тебя, Дай-фу. Останься со мной. Ведь здесь, на вершине так чудесно! Мы могли бы каждый день любоваться этой красотой, и никто не смог бы помешать нашему счастью!
У Дай-фу даже закружилась голова от её нежного голоса и ласковых слов. Разве не об этом он мечтал, думая о ней? Но взглянув на листочки горного чая, он вспомнил, зачем сюда пришёл и сказал:
— Кто же тогда будет помогать больным беднякам?
Девушка снова вздохнула и с грустью сказала:
— Подумай, Дай-фу, прежде чем отказаться от своего счастья, ведь шэньсянь может лишь однажды попросить человека остаться с ней! Если ты уйдёшь, то больше мы никогда не увидимся. Останешься ли ты со мной?
Дай-фу всем сердцем хотел остаться с красавицей шеньсянь, но он не мог забыть горьких слёз мальчика у постели умирающего отца.
— Я должен идти к больному. Я не смогу быть счастлив, зная, что мог спасти кого-то и не сделал этого.
Девушка смотрела на него и её глаза застилали слёзы.
— Вот как бывает! Я полюбила тебя за то, что ты добр и бескорыстен и думаешь больше о других, чем о себе, но именно поэтому мы и не можем быть вместе. Чтож, иди к людям, и пусть эта корзинка станет моим прощальным подарком. Когда тебе понадобится какое-нибудь редкое растение, подумай обо мне, и ты сможешь найти его в этой корзинке.
С этими словами девушка протянула Дай-фу маленькую плетёную корзинку и повела его к водопаду.
— Прощай же, самый лучший юноша во всей Поднебесной! Эта дорога приведёт тебя домой.
— Но как я спущусь по водопаду? — спросил Дай-фу, но в этот момент водные потоки застыли, превратившись в ровную блестящую дорогу.
— Прощай, Владычица ста трав! — воскликнул юноша.
— Прощай! Прощай! Прощай! — ещё долго звенело эхо в горах.
Едва Дай-фу очутился на твёрдой земле, водопад будто бы очнулся от оцепенения и вновь зашумел и забурлил, а юноша поспешил к больному. И он пришёл как раз вовремя, если бы он задержался, хотя бы на немного, бедняга бы умер.
Быстро заварив чай из целебных листьев, лекарь напоил им умирающего, и тот смог дышать.
Спустя несколько дней больной крестьянин поднялся на ноги, и его сын перестал плакать.
Лекарь Дай-фу оставался жить в нашей деревне до глубокой старости, исцеляя и утешая бедняков. Множество людей из ближних и дальних деревень стекались к его дому, словно ручейки, и никто не получал отказа в помощи. Но глаза лекаря всегда были полны грусти, ведь он так и не смог позабыть красавицу шеньсянь. И только счастливый смех матери выздоравливающего ребёнка мог осветить его лицо улыбкой, и грусть ненадолго покидала его.
С той поры самую высокую из окрестных гор и называют Горой целебных трав.
Иллюстратор Конашевич В.
