В лесной избушке жили-были старик со старушкой. Жили, не тужили, с удачею дружили. Пока молоды были — хороводы водили.
Сидят как-то вечером. Делать нечего, а тут Котофей им с печи бает:
— Нарой, старуха, землицы, набери воды криницу, замеси глину. А ты, старик, в лес сходи, хворосту набери да куколку слепи. Обмажьте её глиной — и будет у вас вроде дочка.
Послушались они кота, сделали, как он велел. А глиняную девицу положили в печь — сушиться.
Наутро просыпаются — что такое: в горнице прибрано, в комнате вымыто, на столе горка блинов, а у печи девочка хлопочет:
— Вставайте, родители, я вам уже блинков испекла!
А волосы у неё рыжие, как пламя на ветру, — ну Огнёвочка, да и только!
Так и стали её звать.
Пошла как-то Огнёвочка в лес по ягоды, и Котофей за ней увязался. Долго ходили — все ноги сбили, отдохнуть решили.
Вышли на полянку, а там избушка на курьих ножках: поквохтывает, с ноги на ногу переминается. А в избушке той Баба-Яга, костяная нога — сидит и посмеивается: ноги в потолок упёрла, руки по лесу простёрла. Огнёвочку схватила, в избу затащила. И Котофея не забыла!
Да как закричит страшным голосом:
— Отродясь русского духа здесь не бывало, а теперь сам пожаловал. Ужо я вас!
И велела Огнёвочке печь зажечь да воду согреть. Сама вздремнуть прилегла, но прежде колдовскими чарами поляну оплела — чтобы пленники не убежали.
Стала Огнёвочка печку топить, а Котофей хворост носить, да по-хитрому: вязанку в печку, другую под крылечко. Так он со всех сторон избушку и обложил.
Проснулась Баба-Яга, приказывает Огнёвочке:
— Полезай в котёл! Страсть как есть хочется!
Испугалась Огнёвочка, опрометью бросилась наружу. А уж хитрый Котофей тут как тут: дверь прикрыл и валежиной подпёр.
Оказалась Баба-Яга взаперти, и ну ругаться!
Рассердилась Огнёвочка, покраснела — полыхнуло с её волос оранжевое пламя да на хворост перекинулось, что кот под избушку натаскал.
Так и сгорела Баба-Яга ярким пламенем.
А Огнёвочка с Котофеем домой направились.
Обрадовались старик со старухой, и стали они все вместе жить-поживать да добра наживать.
