Здоровенный взбалмошный Пёс не давал во дворе проходу ни Вороне, ни её новому другу Коту.
После того, как Ворона и Кот так рискованно попробовали обменяться судьбой, они и подружились. Общие испытания сближают.
Да и Хозяйка Кота перестала теперь уж слишком дрожать над своим любимцем и разрешала ему гулять во дворе. А то он с тоски взаперти мало ли что надумает: захочет вдруг навсегда стать бездомным котом, чтобы всласть бродяжничать и горланить песни.
А зловредный бездомный Пёс — вот оно, кстати, уличное воспитание! — житья не давал новым друзьям. У Вороны он всё время пытался выдрать перья из хвоста, очевидно, на память, а Кота гонял просто по собачьей привычке.
Очень невзлюбили его Ворона и Кот.
Но всё-таки есть на свете справедливость. Однажды, внезапно, неожиданно и вдруг, под покровом темноты, при таинственных обстоятельствах, злодейского вида незнакомый дядька похитил Пса. Он усыпил хвостатого олуха таблеткой снотворного, спрятанной в вафельном стаканчике шоколадного мороженого, — перед таким лакомством ни одна собака не устоит! — затем положил его в огромный чемодан и увёз за город на электричке.
Любопытная Ворона не спала и сумела проследить за похитителем. До вокзала она долетела, а потом с удобством проехалась на крыше вагона.
Оказалось, тот зловещий дядька жил в собственном каменном доме с большим садом, и ему был нужен сторож для охраны его владений. Он посадил Пса на цепь у внушительной конуры и заставил стеречь дом и сад.
Пёс выходил из себя от ярости. А новый хозяин только довольно потирал ладони. Повезло, такой злющий сторож! Он даже палкой его поколачивал, чтобы тот был ещё злее!
Ворона ликовала. Наконец-то они избавились от вредного Пса. Она и Кота доставила знакомым путём, на крыше электрички, прямо на место — полюбоваться на справедливую судьбу их общего врага.
В то время хозяина не было дома, и Кот с Вороной смело расхаживали у самой пасти своего обидчика, до предела натянувшего цепь, и потешались над ним.
— Сластёна! — хохотала Ворона. — На мороженое польстился! Олух и есть олух!
— Сиди теперь тут всю жизнь! — хихикал Кот. — Губошлёп!
Ворона даже своим хвостом, как метёлкой, этому будочнику по носу презрительно махнула. И напрасно!
Пёс взревел от столь немыслимого унижения и так рванулся, что сорвал свою будку с места и выхватил у Вороны пучок перьев из хвоста.
Ворона и Кот бросились прочь.
Ринулся за ними Пёс, волоча за собой на цепи будку. Пыль столбом!
Трудно пришлось без хвостового руля Вороне. То кое-как пролетит, то кое-как пробежит несколько метров.
Вовсю улепётывал и перепуганный Кот. Куда только его обычная лень подевалась? Спасаясь бегством, он мигом взлетал на попутные деревья и, как белка, перепрыгивал с ветки на ветку. Страх чему хочешь научит!
Впереди показался железнодорожный переезд.
— Товаррняк идёт! — завопила Коту Ворона. — Быстррей, а не то крранты!
Кот прибавил прыти.
И они все втроём проскочили прямо перед носом локомотива.
Вот только поезд цепь переехал, и Пёс своей будки лишился, чему потом вовсе не огорчался.
Ворона умудрилась на крышу вагона сесть, а Кот и Пёс на ходу вспрыгнули на заднюю площадку последнего вагона. Конечно, Кот тут же на крышу к Вороне залез, а Пёс так и остался на площадке. Он с изумлением смотрел на убегавшие назад рельсы. Чего только не совершишь в запале погони!
— В прравильном напрравлении едем, — встала на цыпочки Ворона.
Так они благополучно вернулись назад, домой. Правда, Ворона хвост потеряла, а Пёс получил обрывок цепи на свою шею.
Хотя Пёс и был бездомным, но назвать его бездворовым было никак нельзя. Он очень обрадовался, увидев свой двор, и привычно улёгся под деревом.
Ворона забралась в гнездо и, тщательно выбирая запасные перья, принялась ремонтировать пострадавший хвост.
— Всё ты! — осудил её с подоконника Кот. — Ты во всём виновата!
А Ворона, склонив голову набок, покосилась вниз на сладко задремавшего Пса и внезапно сказала:
— Зато как я его спасла! — И гордо задрала нос.
— Не ты, а мы! — тут же обиделся Кот.
Иллюстратор Е. Гершуни.
