Жили себе три котёнка — старший, средний и самый младший. Звали их Мяу, Мурр и Шшш.
Вот как-то знакомая бабушка, которая жила в домике на той стороне улицы, пригласила их к себе на обед. Солнце ярко светило.
Котята грелись на крыльце и ждали, когда придёт время обеда.
Самый старший котёнок Мяу и говорит:
— Улицу будем переходить по одному. Там машин много. Я первый пойду.
Выглянул Мяу из-под ворот и — скорей назад:
— М-мяу! Машин нет, но у бабушкиной калитки злая собака! Пошёл тогда Мурр к подворотне — проверить, что за собака. Осторожно выглянул… И как отскочит:
— Мур-р-р! По-моему, эта собака ещё злее, чем Мяу сказал.
А младший котёнок Шшш только кончик носа на улицу высунул и шепнул:
— Ш-ш-ш! А мне страшней, чем вам всем. Такой огромной злой собаки ещё никто-никто никогда не видел!
И он просто оцепенел от страха: глаза зажмурил и не может шевельнуться.
Так под воротами и лежит.
А солнышко греет.
Бабушка ждёт.
Обед, наверно, давно остыл…
— Может, эта собака не такая уж злая? — мяукнул с крыльца старший котёнок.
— И не такая большая? — откликнулся средний.
— Не такая злая, не такая большая и не такая страшная? — тихонько спросил котёнок IIIшш.
Он приоткрыл один глаз, потом другой и удивился:
— Да ведь эта собачонка совсем как игрушечная!
Мурр тут же бросился к подворотне:
— Правда, как игрушечная! И почти не страшная!
А старший котёнок Мяу выскочил за ворота и закричал:
— Не страшная, не злая и к тому же совсем щенок!
И они втроём смело перебежали улицу.
У бабушкиной калитки их встречал маленький щенок. Он по-дружески махал им хвостиком.
На крыльце сидела бабушка.
Перед ней на тарелке лежали варёные сосиски.
И она сразу пригласила котят и щенка обедать.
(Илл. Булатова Э. и Васильева О.)
