Однажды ёжик Вовка принёс в зоопарк потрясающую новость: в городе открылся Цирк!
— Я сам видел, — рассказывал Вовка. — Старое здание отремонтировали — раз! Афиши повесили — два! Клоунов целый автобус завезли — три! И зверей разных видимо-невидимо — четыре! Зверей видимо-невидимо, а ни одного ежа нет. Так что вы как хотите, а я иду устраиваться на работу. Пять!
— А тигры там были? — спросил бенгальский тигр Кузьма Егорыч.
Для цирка он был, конечно, староват. Просто ему хотелось увидеть кого-нибудь из земляков.
— А крокодилы? — загорелся крокодил Виктор. — Крокодилов не видел?!
— На тигров и крокодилов я не обращал внимания, — честно признался Вовка. — Я больше на клоунов смотрел.
— Ну, уж павлина-то у них точно нет, — сказал павлин Федот Федо- тыч. — Павлин — птица редкая!
Старусиха Эмма хотела спросить про страусов, но застеснялась.
— Больше вопросов нет? — спросил Вовка. — Тогда покатились.
Звери выбрались через знакомую дырку в заборе и припустили по направлению к цирку.
— Где тут у вас директор? — деловито спросил Вовка у вахтёра, сидевшего в большой блестящей тумбочке.
— Иван Африканыч занят, — растерянно сказал вахтер. — У него репетиция.
— Мне по важному государственному делу, — заявил Вовка. — А они — со мной.
Вскоре звери оказались перед дверью, над которой горела надпись:
ТИХО! ИДЕТ РЕПЕТИЦИЯ!
— Надо бы обождать, — сказал рассудительный Кузьма Егорыч. — Директора — народ серьёзный. Могут и выгнать.
— Это мы сейчас узнаем, серьёзный он или несерьёзный. — Ёжик Вовка привстал на цыпочки и заглянул в замочную скважину. — Ух ты, — удивился он. — Оказывается, директор у них — Удав!
— Дай-ка взгляну, — сказал Кузьма Егорыч и, приложив глаз к скважине, заявил: — Где же ты видел удавов с клыками? Иван Африканыч не удав, а кабан!
— Нет, удав, — возмутился Вовка. — Что же я, по-твоему, кабана от удава не отличу?
Крокодил Виктор растолкал остальных и прильнул к отверстию.
— Иван Африканыч — бегемот! — торжественно объявил он. — Видели, ножищи какие?
— А ну отойдите, — к двери важно засеменил Федот Федотыч. — Ха- ха-ха! Бегемот с крыльями?!.. Иван Африканыч — гриф или орёл!
— А я говорю, бегемот!
— Удав!
— Кабан!
Страусиха Эмма осторожно вытянула шею, и хвост у нее задрожал, как пальма на ветру.
— Дракон, — прошептала она чуть слышно. — С-с-саблезубый!
Дракон?.. Какой ещё дракон?! — зашумели все.
Тут дверь приоткрылась, и из нее выглянул небольшой человек в цилиндре и черном фраке.
— Что за шум? — строго спросил он.
Звери растерялись.
— Простите, нам нужен директор Иван Африканыч, — выдохнул ёжик Вовка.
— Иван Африканыч — это я! — сказал человек.
— Надо же! — удивился Вовка. —
А я думал, вы — Удав…
— Или кабан!
— Или орёл!
— Или бегемот!
— Удав, или кабан, или бегемот?! — растерянно спросил директор, оглядывая себя, и вдруг засмеялся. —
Это вы, наверное, Соломона видели.
Мы с ним новый номер репетируем.
Увидев недоумение посетителей, директор широко распахнул дверь… И все увидели большого африканского слона в разноцветной попоне.
Соломон расхаживал по арене, жонглируя на ходу различными предметами. Заметив Вовку и остальных, он улыбнулся и в знак приветствия взмахнул огромными ушами.
— Все понятно, — надулся Федот Федотыч. — Просто я увидел уши.
— А я — бивни!
— А я — ноги!
— А я — хобот!
— А ты? — обернулись все к Эмме. — Ты ЧТО видела?
— Ничего, — смутилась страусиха. — Я просто подумала, что змей с огромными лапами и крыльями — это дракон! А если с клыками — значит, саблезубый! И зажмурилась.
Иван Африканыч так развеселился, что разрешил гостям остаться на репетиции. А после дал всем по контрамарке и пригласил на вечернее представление.
Ёжик Вовка, правда, выпросил ещё одну. Ведь его обещали взять на работу, если он принесёт справку от директора зоопарка Льва Павлиныча Комарова!
(Илл. Гардяна А.)
