В одной охотничьей семье рыжих лис был маленький лисёнок. У него было три братца и две сестрички. Все они были красненькими, с пушистыми хвостиками.
Все звонко тявкали. Жили в тёплой сухой норе у подножия большой горы. За этой горой стояли могучие сопки, покрытые вечным снегом. Там всегда гудел ветер, и родители говорили своим детям:
— Когда подрастёте, станете самостоятельными, мы вам позволим всюду бегать. Но сейчас к тем горам нельзя ходить. Там бывают снежные обвалы. Упадёт пласт снега, ушибёт и засыплет так, что не выберетесь.
— Хорошо, — отвечают лисята, — мы туда зимой бегать не станем, подождём лета. Когда снега не будет, побежим.
— Нет, — говорят старые лисы, — летом с высоты большие камни падают. Висит такой ненадёжный камень, подует ветер, раскачает его, он и покатится вниз. По пути другие камни столкнёт. Попадёте под такой каменный дождь — там навсегда останетесь.
— Хорошо, — говорят лисята, — не пойдём туда, где зимой снежные обвалы, а летом каменный дождь идёт.
Но один маленький лисёнок слушал наставления родителей, а про себя решил: «Нечего ждать, пока вырастем. Они нас только пугают. Сопки совсем не страшные».
Прошла зима, прилетели птицы. Бегут с гор ручейки. Смотрит на них лисёнок и размышляет: «Вон какие ручейки весёлые, а бегут они из сопок. Наверно, там весело, а не страшно. Чего же мне бояться? Я, наверно, храбрее родителей, ничего не боюсь».
Отправился лисёнок в сопки. Остановился у подножия высокой скалы и тявкнул:
— Ввяк! Вот какой я храбрый!
Ближнее эхо сразу же откликнулось: «Ввяк!» и тихонько покатилось по верхушкам: «Ввяк! Ввяк, ввяк…» Чем дальше откатывалось, тем слабее слышалось.
— Эге,- говорит сам себе лисёнок, — сопка только на вид большая, а голосок у неё такой же, как у меня, даже тише. Чего ж мне бояться?
И давай громко вякать:
— Эге, я храбрый! Ввяк! Ничего не боюсь! Ввяк! У сопки голос не сильнее моего. Ввяк! Ввяк!
Докатилось эхо до ветра. Рассердился большой ветер: «Проучу-ка я зазнавшегося хвастунишку!»
Дунул на сопки, сорвал большой камень. Катится вниз камень, по пути за собой всё сносит. Тут и эхо гневно зарокотало:
— Кто здесь похваляется? Кто тявкает?
Ещё громче загрохотало эхо, повторяя гул падающих камней:
— Берегитесь, кто жизнью дорожит!
Лисёнок подобрал к брюшку хвост, уши к затылку прижал. По сторонам оглянулся, а потом бочком, бочком на дорожку выбрался.
— Нет… нет… это я так… хотел пошутить… — протявкал он, запинаясь. Да как пустился наутёк. Ветер и тот бы его не догнал.
Скатился к себе в нору, отдышался. Поглядел на своих братишек и сестрёнок, хотел было похвастаться: «А я у подножия сопки был и ничуть не испугался!» — да только и получилось у него:
— Ввяк!
Зубы от страха стучали.
Иллюстратор Рачёв Е.
