Жил-был бедняк, человек простой и честный, жил и не роптал на свою горькую судьбу. На закате дня он благодарил всемогущего Аллаха за те несколько пиастров, что ему удалось заработать, а после ужина усаживался с женой и детьми на порог своей жалкой лачуги, смеялся, распевал вместе с ними песни, сам рассказывал или слушал сказки про удивительные приключения и подвиги героев.
А по соседству в просторном высоком доме жил богач. По вечерам множество ламп освещали дорогое убранство дома, одного только в нем не было — смеха и песен. Богач был хмур и ворчлив, и собственная жена и дети старались не попадаться ему на глаза.
И вот сидел богач один как перст у открытого окна и предавался мрачным раздумьям — отчего так весел бедняк, отчего счастливы его жена и дети?
Вскоре почувствовал он, как зависть гложет ему сердце. И, подобно всем завистникам, не мог найти покоя, покуда не разрушит счастье бедняка. А как его разрушить? Проще и верней всего — отнять у него кусок хлеба, — кому на ум пойдет петь и смеяться на пустой желудок?
Отправился богач в гончарную мастерскую, где работал бедняк, и попросил хозяина выгнать его с работы.
— Мой сосед и его семья — очень крикливые, беспокойные люди, — сказал богач. — Вечно ссорятся, ругаются, ночью шумят, спать не дают.
Человек он был важный, и хозяин мастерской не стал ему перечить. Выгнал он бедняка, и в тот вечер в глинобитной лачуге не слышно было смеха и песен. Богач, убедившись, что все вышло, как он хотел, позлорадствовал и улегся спать.
Бедняк с ног сбился, пытаясь найти новую работу. Все было тщетно. Вскоре их скудные сбережения растаяли, и однажды утром жена сказала бедняку:
— Остался последний пиастр. Сходи купи вареных бобов для детей. А дальше будем уповать на Аллаха.
Бедняк взял треснутую деревянную миску и пошел покупать бобы. На обратном пути он ненароком споткнулся и высыпал все бобы на землю. С тоской глядел он на грязное месиво у ног. Возвращаться с пустыми руками к жене и детям не хотелось. Выбрасывать миску жалко: глядишь, и пригодится когда-нибудь.
Бедняк отскреб миску сухим песком и, поскольку спрятать ее было некуда, надвинул на голову. Потом он зашагал к реке в надежде устроиться на поденную работу.
У берега бедняк увидел судно, готовое к отплытию с несколькими гребцами на борту. Он спросил хозяина, нужны ли ему гребцы, а их-то как раз не хватало, и его наняли.
Плыли они несколько часов и уже вышли на середину реки, как вдруг налетела буря, и судно пошло ко дну возле острова, где жило какое-то незнакомое племя. Несколько человек утонуло, а другие — и среди них наш бедняк — поплыли к острову.
Когда они выбрались на берег, их окружили островитяне и повели к своему вождю. Он укрывался от палящего полуденного солнца под большим тростниковым навесом. Вождь с подозрением посмотрел на стоявших перед ним людей, и взгляд его остановился на бедняке: тот выделялся своей деревянной миской, надвинутой на голову.
