— Здравствуй, красавица Стрекоза!
— Здравствуй, Мурашка-тормашка. Всё работаешь, тормошишься?
— А как иначе? Брёвна таскаем, город Муравейград строим. А ты куда собралась?
— Да вот деток своих надумала проведать. С тех пор их не видала, как они из яичек вышли. Хочешь прокачу? Поглядишь, как наши шестиножки-насекомыши живут, какие у меня красавчики, какие милые детки растут. Попутешествуешь, страну поглядишь.
— А далеко ли лететь?
— До пруда. Третья всего остановка. Живо домчу. — Коли недолго, так почему не прокатиться, на белый свет не поглядеть. Подставляй спину.
Взвились, полетели.
Летели, летели…
— Стоп! — говорит Стрекоза. — Первая остановка Бабочкин Луг.
Сошёл Мураш, а Стрекоза умчалась мух, комаров ловить. Поймает, разорвёт и тут же на лету съест.
Видит Мураш, много над лугом бабочек порхает.
— Бабочки-красавицы, — спрашивает, — в какую игру играете?
— А в такую, — отвечают бабочки, — что — рраз! — и нет нас! От птиц прячемся. Вот гляди.Сели бабочки на цветы, крылья сложили над спиной и в тот же миг исчезли из глаз.
— Ловко! — удивился Мураш. Вдруг слышит, что-то жутко зажужжало, зажужжало: мчится пчелиный рой, гонит огромную пёструю бабочку. На спине у бабочки человечий череп и кости нарисованы. Отбивается бабочка от пчёл сильными крыльями. А пчёлы жужжат:
— Кража! Грабёж! Жу-жу-жу-жульё!
Пронеслись.
Стали пчёлки одна за другой возвращаться. Мураш и спрашивает:
— Что это вы все на одну бабочку ополчились?
А пчёлка ему:
— Как что? Да ведь это Мёртвая Голова! Уж-жасная воровка. И рассказала Мурашу:
— Была ночь. Пчёлки все крепко спали в своём Ульеграде. Только у ворот дежурили караульные. Вдруг слышат: жужжит-свистит кто-то. А песенка знакомая: так поёт пчелиная царица-мать, и под эту её колыбельную песенку засыпают все пчёлки. Заснули и караульные у входа. Стало светать. Проснулись пчёлки. Видят, какое-то чудовище в улье. Распустило длинный хобот, сосёт из сот драгоценный мёд. Загудели пчёлки, выгнали Мёртвую Голову из улья, прогнали далеко-далеко. Это она усыпила сторожей колыбельной песенкой и пробралась в Ульеград.
Улетела пчёлка. Прилетела Стрекоза.
— Ну, поехали дальше.
Вот летит Мураш на Стрекозе и видит всё, что творится под ними.
Там паук спрятался в засаде и ждёт, когда глупая муха попадёт ему в сети. Там зелёная жужелица напала на толстую гусеницу.Там лёгкая оса-наездница ударила своим жалом-кинжалом жука; оцепенел жук, и наездница потащила его в свою норку.
Глядел Мураш, глядел и говорит:
— Прямо удивляюсь, как это меня ещё никто не съел?
— А это потому, — отвечает Стрекоза, — что вы — муравьи — кислые. Вас только тронь — получишь заряд едкой муравьиной кислоты.
— Ну, я опять проголодалась, — говорит Стрекоза. — Слезай. Остановка вторая. Одуванчикова.
Сидит Мураш. Стрекозу дожидается. Подсел к нему долгоногий-долгоногий комар Карамара.
— Ты Страшилки тут не видал? — спрашивает. А у самого от страха глаза на лоб вылезли.
— Никого не видел, — говорит Мураш.
— Никого тут нет.
— А мне-то показалось… Ну, будь здоров! Лечу дальше. Только поднялся, полетел над самой травой, вдруг из травы как выскочат ноги с клешнями, хвать комара за пятку.
— Караул! — запищал комар. Он вырвался, оставил в клешне полноги, а сам улетел. Спасся.
Тут только разглядел Мураш, что рядом с ним на траве сидит шестиногий Страшилка.
Туловище зелёное, как листик, к нему четыре ноги прикреплены; сам рогатый, шея длинная, на ней ещё две ноги с шипами, трёхколенные, цвета гнилой соломы и с клешнями на концах. Мураш с перепугу чуть с одуванчика не кувырнулся. Хорошо, тут Стрекоза прилетела, взяла его на спину. Дальше полетели.
Летели, летели, видят— тростник растёт, меж ним трава блестит.
— Деткин пруд, — говорит Стрекоза.
— Прилетели.
Видит Мураш, в воде серые чудища плавают, лупоглазые, в масках.
— А что это за уроды? — спрашивает.
— Что ты, что ты?! — говорит Стрекоза.
— Какие уроды? Это детки мои — красавчики. Выросли-то как!
Посадила Мураша на тростинку, сама рядом села, спину выгнула.
Серые чудища увидели их, на тростник полезли, паучьими лапами перебирают, карабкаются. А одно как выплюнет свой подбородок с зубами, чуть-чуть Мураша за живот не сцапало.
— Летим! — кричит Стрекоза. — Они глупые, они и меня, свою маму, сейчас съедят.
Умчались.
Одним духом домчала Стрекоза домой Мураша.
Поблагодарил её Мураш. Потом собрал всю свою братву — муравьев — и говорит им:
— Попутешествовал я по стране шестиножек. Видел, сколько страшного ждёт нас там на каждом шагу. Чересчур здорово умеют все шестиножки прятаться и всюду подстерегают свою добычу.
Хорошо ещё, что мы — муравьи — кислые, не всякий нас ест. Ну, да ведь и то скажешь, не все про это знают, да и есть любители кисленького. Разорвут тебя пополам да и бросят; вот тогда доказывай, что ты несъедобный. Меня чуть стрекозиные детки не сцапали. Если б нас много было, разве посмели бы?
Нет, уж лучше давайте не будем путешествовать в одиночку. Куда один, туда за ним и вся наша сила. На этом и согласились.
Сам попробуй увидь одного мураша, без товарища. Никогда не увидишь.
Где один, там и войско.
А с целым войском их поди-ка сразись!
Как начнут палить, и ты убежишь.
