Жил-был Плут. Он только и делал, что плутовал, хитрил, обманывал, лукавил, одним пускал пыль в глаза, других обводил вокруг пальца, третьих водил за нос, словом, никому не давал покоя.
А правил той страной король, который и вовсе ничего не делал.
Как-то раз шёл Плут по дороге и встретил короля.
— Куда ты идёшь, Плут? — спрашивает король.
— Да вот ищу, кого бы обмануть.
— А ну-ка, обмани меня! Что, берёшься?
— Куда там! — говорит Плут. — Шуточное ли дело — обмануть самого короля! А я к тому же самые свои лучшие плутни оставил дома.
— Ну так сходи за ними. Очень хочется мне посмотреть, такой ли ты ловкий плут, как говорят люди. Ну, ступай, ступай, а я тебя здесь подожду.
— Боюсь, долго вашему величеству придётся ждать. Хожу-то я не так быстро, как плутую.
— А я тебе дам своего коня и седло, — сказал король.
— Да я и сесть-то на коня не умею. Конь ведь не пень!
Но королю очень уж хотелось, чтобы Плут показал ему свои плутни.
— Мои слуги подсадят тебя, — сказал король, — ну а там уж ты как-нибудь доедешь!
Плут почесал затылок, подумал и сказал:
— Ладно, так и быть, подсадите!
Кое-как влез Плут на коня и затрусил по дороге.
Ну и потешалась же королевская свита, глядя ему вслед! А король — тот прямо до слёз смеялся. Да и было над чем!
Плут дрыгал ногами, размахивал руками, заваливался то на один бок, то на другой — вот-вот свалится, только неизвестно, на какую сторону.
Но едва только он скрылся с королевских глаз, как сразу дело пошло у него на лад: он хорошенько уселся в седле, пришпорил коня и во весь опор поскакал в город, словно он украл коня и за ним гналась погоня. И это было недалеко от правды, потому что в городе он продал королевского коня вместе с королевским седлом, а сам вернулся домой пешочком, но зато с кошельком, доверху набитым монетами.
Между тем король всё прохаживался взад и вперёд по дороге, поджидая Плута с его плутнями. То и дело он принимался смеяться, вспоминая, как Плут переваливался с боку на бок, сидя в седле. Ну прямо мешок с песком, а не наездник!
Однако время шло, а Плут не возвращался.
Вот уже солнце скрылось за лесом, стало совсем темно, а Плута всё нет и нет.
Тут наконец король понял, что Плут попросту обманул его и увёл у него из-под носа коня.
Король очень рассердился. Слыханное ли это дело, чтобы Плут без всяких плутней обманул самого короля!
«Завтра же его казню», — решил король.
А Плут так и думал, что король, конечно, не спустит ему такой проделки.
Но так как дома все плутни были у него под рукой, он не очень-то боялся королевского гнева.
И чуть только он услышал, что к его дому приближается король со своей свитой, он вынул горячий котелок из печки и поставил его на деревянный чурбан. А сам присел тут же на корточки и стал помешивать кашу ложкой.
Король распахнул дверь и, увидев, что Плут варит что-то на деревянном чурбане, так удивился, что даже забыл, зачем пришел.
— Послушай, Плут, что это ты делаешь? — спросил король.
— Варю кашу, — ответил Плут как ни в чём не бывало. — Если ваше королевское величество подождёт немного, я смогу угостить дорогих гостей.
— Погоди, — сказал король, — как же это ты варишь кашу без огня?
И Плут принялся старательно ворочать ложкой в котелке.
Король прямо глазам своим не верил. Он собственноручно приподнял крышку и заглянул в котелок. Верно, каша была совсем горячая и от неё шел вкусный пар.
— Послушай, Плут, — сказал король, — продай мне этот котелок. Я дам тебе за него сто талеров.
— Э, нет, — сказал Плут. — С этим котелком я словно король живу! Дрова покупать не надо, колоть-пилить тоже не надо… Помешивай ложкой в котелке — вот и вся забота!..
Королю очень не понравилось, что кто-то ещё, кроме него, живёт по-королевски.
И он так рассердился, что даже вспомнил, зачем пришёл к Плуту.
— Вот что, Плут, — строго сказал король, — не забывай, что ты передо мной провинился. Я прекрасно понимаю, что вчера ты обманул меня, когда сказал, что оставил свои плутни дома. Они, конечно, были при тебе. Но я готов забыть старое, если ты продашь мне этот котелок. А не то я сейчас же велю тебя казнить.
— Ну, тут уж выбирать не приходится, — сказал Плут. — И не хочешь, а согласишься. Ладно, бери котелок за сто талеров. А в придачу к нему я ещё и чурбан могу дать.
— Чурбан мне не нужен, — сказал король. — Чурбанов у меня и так довольно. Пусть тебе остаётся.
Король вернулся во дворец и сразу позвал гостей со всего королевства к себе на пир. Он собственноручно поставил горшок на пол посреди зала и приказал все кушанья варить тут же, при гостях, в волшебном котелке.
Гости были очень удивлены. Они даже подумали, что в голове у короля не всё в порядке, и потихоньку посмеивались над ним.
Но король не обращал на это никакого внимания. Он ходил вокруг горшка, собственноручно помешивал в нём ложкой и приговаривал:
— Смейтесь, смейтесь! Вот увидите, всё сейчас сварится.
Но, разумеется, ничего не варилось, и в конце концов король догадался, что Плут опять сплутовал.
Тут уж король совсем вышел из себя. Он тотчас отправился к Плуту, чтобы казнить его на месте.
А Плут стоял на крылечке и точно поджидал короля.
— Ну, что, котелок-то у тебя не варит? — спросил Плут.
— То-то и есть, что не варит, — сказал король. — Ты опять меня обманул! Теперь я вижу, что ты изрядный плут. Только больше тебе уж не придётся плутовать.
С этими словами король выхватил меч и хотел уже отрубить Плуту голову.
— Подожди, подожди, — воскликнул Плут. — На этот раз я совсем не виноват. Я же говорил, что надо взять и чурбан. В нём весь секрет. А без чурбана, конечно, в этом котелке даже простой каши не сваришь.
— Да не врёшь ли ты опять? — спросил король. — Может, это всё твои плутни?
— Какие ж тут плутни? Всякому понятно, что на полу ничего сварить нельзя. Вся штука в чурбане. Без него ничего не выйдет.
— Сколько же ты хочешь за этот чурбан?
— Настоящая его цена — триста талеров, — сказал Плут, — ну да так и быть, уступлю его за двести.
Король не стал торговаться, потому что, если говорить по совести, так и триста талеров — не цена для такого чурбана. Он взял чурбан и, очень довольный, ушёл к себе во дворец.
В тот же день король снова решил устроить пир и созвал полный дом гостей.
Гости со всех сторон оглядывали старый чурбан, который красовался среди зала, и никак не могли понять, для чего он тут стоит.
Но вот двери распахнулись, и вошёл король.
Он торжественно нёс глиняный котелок и собственноручно водрузил его на чурбан.
— Если у вас есть такой чурбан, вам не нужен ни повар, ни истопник, ни дровосек, — сказал король. — Сейчас вы сами увидите, как отлично варится на нём обед.
Но обед почему-то не варился. Да и как он мог вариться?
Не всё ли равно, стоит котелок на деревянном полу или на деревянном чурбане?
Все гости это прекрасно понимали, но все помалкивали, потому что с королями лучше не спорить. В конце концов и король догадался, что деревянный чурбан — это всего лишь деревянный чурбан и ничего больше.
Вот и вышло, что Плут опять надул короля!
Этого король уже не мог стерпеть. Он приказал свите следовать за ним и отправился к Плуту.
А Плут так и думал, что король опять пожалует к нему. Он сбегал за своей сестрой, которая жила неподалеку и тоже кое-что понимала в плутнях.
Потом он зарезал барана, собрал баранью кровь в пузырь и велел сестре спрятать пузырь за пазухой. Сестра уселась на крылечке, а сам Плут спрятался в доме.
И вот явился король. От гнева он весь дрожал — с головы до ног.
— Где Плут? — закричал король.
— Простите, ваше величество, о ком это вы спрашиваете? — сказала сестра Плута, низко кланяясь королю.
— Я спрашиваю о мошеннике, обманщике, плуте, который живёт в этом доме. Ты знаешь его?
— Здесь живёт мой брат, ваше величество.
— Так вот знай, что твой брат — величайший плут, — сказал король. — Говори, где он?
— Он дома, спит, ваше величество, — сказала сестра.
— Разбуди его, — приказал король.
— Что вы, ваше величество, — сказала сестра. — Он очень рассердится, если я его разбужу.
— А если ты его не разбудишь, рассержусь я, — сказал король, да таким голосом, что всякий испугался бы не на шутку.
— Ваше величество, — взмолилась сестра, — он убьёт меня, если я разбужу его раньше времени.
— Если ты не разбудишь его сейчас же, я сейчас же отрублю тебе голову, — закричал король. И по всему было видно, что он так и сделает.
В это время дверь распахнулась, на крыльцо выскочил Плут и с ножом бросился на сестру.
— Ты опять разбудила меня, — закричал Плут и проткнул своим ножом бараний пузырь, спрятанный у сестры за пазухой. Сестра упала, а кровь рекой потекла по земле.
Тут даже король испугался.
— Что ты наделал, несчастный Плут? Ты же убил свою сестру. И я, король, видел это собственными глазами. Теперь я должен казнить тебя дважды… Но ты такой плут, что два раза на казнь не пойдёшь, непременно как-нибудь вывернешься.
— Не волнуйтесь, ваше величество! Я сейчас поправлю беду, — сказал Плут.
Он пошёл в дом и через минуту вернулся с бараньим рогом в руках. Один конец рога он приставил к своим губам, другой — к губам сестры и дунул. Один раз дунул, другой раз дунул, а когда дунул в третий раз, сестра как ни в чём не бывало поднялась.
— Да ты не плут, а, видно, сам чёрт! — воскликнул король. — Ты что же, можешь оживить мёртвого человека?
— А как же, ваше величество! Без этого мне просто не было бы житья. Я очень вспыльчивый, и чуть что — убиваю всякого, кто подвернётся мне под руку. Подумайте, сколько раз меня пришлось бы казнить, если бы у меня не было этого рога.
— Да, да, это верно, — пробормотал король. — Послушай, Плут, а не продашь ли ты мне свой волшебный рог? Видишь ли, я тоже очень вспыльчивый и, когда рассержусь, казню и правого и виноватого — без разбора. Иногда это не совсем удобно: я ведь король и должен быть справедливым. Если у меня будет такой рог, это меня очень выручит. Продай мне свой рог, и я обещаю забыть о всех твоих плутнях.
Плут почесал в затылке.
— Трудно мне придётся без этого рога. Да что поделаешь — королю не могу отказать.
Он отдал королю бараний рог и взамен получил сто талеров и прощение всех своих грехов.
А король получил бараний рог и, очень довольный, отправился домой. Ему не терпелось поскорее испробовать новый волшебный рог. Не успел он со своей свитой отъехать и ста шагов, как один из придворных чем-то ему не угодил, и, выхватив меч, король ударил его изо всей силы по голове.
Придворный только охнул и упал с коня.
— Кажется, он мёртв, — сказал король. — Вот и хорошо. Сейчас мы его оживим.
Он приложил бараний рог одним концом к своему рту, другим концом ко рту убитого и принялся дуть. Но сколько он ни дул, вдохнуть жизнь в мертвеца ему не удалось. Как тот был мёртвым, так мёртвым и остался.
— Ну хорошо же, — сказал король, — этого оживить я не могу, но Плута казнить могу.
И он повернул назад, к дому Плута. Стражники ворвались в дом и схватили Плута, а король сказал:
— Ты меня столько раз обманывал, что на пощаду больше не надейся. Ведите его во дворец.
Плут не стал ни спорить, ни хитрить.
— Что ж, идти так идти.
И все двинулись к королевскому дворцу.
Там король приказал выкатить на двор бочку, в бочку посадить Плута, потом наглухо заколотить её, отвезти на берег моря и поставить на вершину самой высокой скалы.
А дальше король распорядился так: пусть бочка три дня стоит на скале, чтобы Плут успел раскаяться во всех своих плутнях, а на четвёртый день король собственноручно сбросит её в море. Король всё любил делать собственноручно.
Сказано — сделано.
А тут как раз ехал мимо какой-то богач.
— Эй, — кричит, — кто это поёт?
— Я, — отвечает Плут.
— Да где же ты? — спрашивает богач.
— В бочке, — отвечает Плут.
— Зачем же ты в бочку залез?
— А я жду, чтобы меня живым на небо взяли. Уж больно там хорошо, — кто туда попадёт, ни за что на землю не вернется. Солнышко греет, облака мимо плывут… Ни забот, ни хлопот… Хорошо!
Разобрала тут богача зависть. Захотелось и ему попасть на небо. Ведь когда ещё подвернётся такой случай! Слуги да соседи всё больше желали ему провалиться сквозь землю, а тут живым — и прямо на небо!
— Послушай, приятель, — сказал богач, — не уступишь ли ты мне своё место? Я тебе хорошо заплачу.
— Что ж, пожалуй, уступлю, — сказал Плут. — Только это будет дорого стоить, так и знай.
— Да ради такого дела мне ничего не жалко! Я тебе всё свое богатство оставлю! — воскликнул богач. — Зачем оно мне на небе!
Он тут же написал завещание в пользу Плута, потом вышиб у бочки дно, Плута выпустил на волю, а сам забрался на его место.
— Счастливо оставаться! — крикнул богач.
— Счастливого пути! — крикнул Плут.
Он снова заделал дно и пошёл поскорее на базар — очень уж он проголодался, пока сидел в бочке.
В скором времени на берег пришёл король. Он постучал по бочке и крикнул:
— Эй ты, приготовился?
— Приготовился! — ответил богач.
— Ну, счастливого пути! — сказал король и столкнул бочку со скалы. — Уж тут тебе не сплутовать! Всем твоим плутням теперь конец!
И, весело насвистывая, король пошёл домой.
Подходит он ко дворцу, а на крыльце сидит Плут — живой и невредимый — и как ни в чём не бывало наигрывает на губной гармонике.
— Как ты смеешь здесь сидеть, когда я сбросил тебя в море? — закричал король.
— А почему бы мне тут не сидеть? Мне самое место во дворце. Я ведь не бедняк какой-нибудь, у меня теперь и денег, и скота, и всякой всячины побольше, чем у тебя будет.
— Да когда же ты успел так разбогатеть? — удивился король.
— А вот когда ты меня сбросил в море. Там на дне есть чем поживиться — золото там горами лежит. Только не ленись — подбирай!
— Послушай, братец, не сбросишь ли ты и меня туда же? — спросил король.
— С удовольствием, — сказал Плут. (И на этот раз он сказал правду.)
— А сколько ты с меня возьмёшь за это?
— Тут и речи не может быть о деньгах, — ответил Плут. — Ты с меня ничего не взял, и я удружу тебе даром.
Король приказал тотчас прикатить на берег бочку и залез в неё.
Плут хорошенько забил дно и столкнул бочку в море.
— Счастливого пути! — крикнул Плут. — Теперь всем твоим глупостям конец!
Так и отделался Плут от глупого короля и стал сам править королевством. Худо ли, хорошо ли он правил — это неизвестно, но уж никто при нём не смел плутовать и обманывать: кого-кого, а Плута не проведёшь.
(Илл. Филипенко О.)
