— Странно, — сказал цветовод, взглянув на картину, висевшую в комнате.
— Очень странно, — подхватил художник, который тоже видел картину впервые.
— О чем вы? — спросил хозяин квартиры своих гостей. — Чем удивила вас эта картина? Действительно, картина была очень проста: на ней был нарисован только горшочек с цветами. Вернее, с одним-единственным цветком. Он, нежно-розовый, похожий немного на колокольчик, немного на лилию, довольно высоко взлетал на бледно-зеленом стебельке над пушистым кустиком своих темных бархатных листьев. Цветок очень красивый, но что странного?
— Непонятно следующее, — стал объяснять цветовод, — количество листьев, золотистый цвет тычинок, некоторые другие детали говорят мне, что розовых цветков должно быть не менее пяти.
— Я не ученый, — сказал художник, — но тоже считаю, что автор картины должен был изобразить больше цветов. Ведь они прекрасны!
— Ах, вот в чем дело! — улыбнулся хозяин дома. — Картина у меня случайно и недавно. Я только знаю, что она очень старая, вернее, старинная. Нов чем-то вы, вероятно, правы. Потому что картина действительно называется «Розовые цветы». Цветы, а не цветок. Ну да ладно.
И все, о картине забыли, другие были дела, разговоры. Люди покинули комнату, вещи почувствовали себя свободнее и заговорили на своем языке.
Сначала зашуршали нарисованные темно-зеленые бархатные листья:
— Ну, что ж… ты свободен. Лети, малыш. Ты слишком прекрасен, чтобы вечно быть с нами, обыкновенными листьями. Счастья тебе!
— Нет, нет, — отозвался розовый цветок, а ведь именно к нему обращались листья. — Нет, нет, — прекрасный голос прекрасного цветка звучал очень неуверенно, — я не могу оставить вас, милые листья. Я помню, как вы растили меня и моих братьев еще до того, как нас всех нарисовал художник. Я не покину вас.
— Твои улетевшие братья говорили так же… Но… Не теряй времени, лети, — шуршали темно-зеленые листья.
— Я помогу, помогу, — над окном взлетела легкая красивая занавеска, — я перенесу прекрасный цветок через подоконник, прямо в мир.
— Ах, нет! Ах, нет!.. — дрожал голос розового цветка. — Я не могу бросить свои добрые листья. Ведь они совсем не цветы. Как же быть с названием картины?! Люди будут удивляться или даже смеяться…
— Не думай об этом, малыш, — шептали листья.
— Я перенесу вас в удивительный мир, чудесную жизнь, о которой вы ничегошеньки не знаете, — торопила красивая занавеска.
— Спеши, тебя ждут!
— Нет, нет, нет, не могу, — все сильнее дрожал голос прекрасного розового цветка. — Нет, нет, — повторял он и…
Улетел? Остался? Вы правы… Улетел или остался…
