Не один раз хитрый и лукавый Локи навлекал разные беды и напасти на асов. Несмотря на то что была у него в Асгарде жена Сигюн и сын Нарви, взял он себе ещё в жёны великаншу Ангрбоду, которая в Ётунхейме родила ему троих детей. И появились они на свет такими, что и сказать страшно. Один из них был гигантским змеем, другой — волком, а дочь — страшная, наполовину красная, наполовину синяя. Звали их Ёрмунганд, Фе́нрир и Хель.
Локи старался скрыть своих детей от асов, но Один, который всё видит со своего трона в Асгарде, узнал про них и приказал привести их к нему. Он взял змея своими могучими руками и сбросил его в Мировой океан. Ёрмунганд был так огромен, что опоясал всю землю. Хель верховный бог отправил в Нифлхейм, и стала она богиней царства мёртвых. А что касается волка Фенрира, то решил Один оставить его в Асгарде. Он подумал, что если с добротой и лаской выкормить волчонка, то, может, он и не причинит вреда асам.
Надо заметить, многие из богов опасались, что надежды Одина не сбудутся. Грозный волчонок внушал им страх. Не боялся его только бесстрашный бог войны Тюр. Он и взялся его кормить и выхаживать.
А тот всё рос и рос. Тогда Один созвал всех богов на совет, чтобы решить, как же с ним в конце концов поступить.
— Надо убить его, иначе он всех нас загрызёт, — предлагали некоторые.
— Этого нельзя сделать, — возразил им Тюр. — Ведь сам Один решил оставить его в Асгарде.
— Да, это так, — согласился с ним Один. — Но как же нам всё-таки с ним поступить?
Долго совещались боги и наконец решили, что Фенрира надо посадить на цепь, чтобы он не мог никому принести вреда. Но обычная цепь тут не подходила. Они долго искали и нашли очень крепкую цепь, которая называлась Лединг. Но не так-то просто было уговорить Фенрира позволить себя привязать.
И тогда боги затеяли с ним игру.
— Послушай, Фенрир, — сказал один из них. — Мы тебя свяжем цепью, а ты попробуешь её разорвать. Давай посмотрим, сколько у тебя времени займёт.
Ничего не подозревая, Фенрир согласился. Его обмотали цепью. Но и мгновения не прошло, как могучая цепь разлетелась на отдельные звенья.
— Молодец, Фенрир! — притворно обрадовались боги, а сами отправились на поиски ещё более крепкой цепи. Они добыли её и вновь проделали с Фенриром такой же фокус, как бы пригласив его поиграть. И что бы вы думали? Крепчайшая цепь была разорвана тут же у них на глазах.
Тут боги поняли, какой ошибкой было оставить Фенрира в Асгарде. Теперь им было не обойтись без самых сильных чар. А железная цепь, как бы крепка она ни была, как бы ни была кована, не могла помочь им. Сын великанши и Локи был сверхъестественно силён!
Тогда призвал к себе Один Скирнира, быстроногого гонца бога Фрейра.
— Отправляйся в Нидавеллир, царство гномов, — приказал он. — Проберись в самые их глубокие горные пещеры и найди среди гномов самых искусных умельцев, владеющих тайнами волшебства. Попроси их свить верёвку или выковать цепь, обладающую магической крепостью.
— Какую же плату я могу предложить им от твоего имени? — спросил Скирнир.
— Скажи им просто, что цепь нужна, чтобы посадить на нее Фенрира. Ты увидишь, они откажутся от всякой платы. А теперь — поторопись.
Прибыл Скирнир в Нидавеллир и долго-долго искал по тёмным пещерам в горах столь искусных гномов, что смогли бы сплести верёвку или выковать цепь такой крепости и магической силы, чтобы не смог её разорвать потомок коварного Локи, волк Фенрир.
Многие из гномов задавали ему вопрос:
— А почему асы сразу же не убили волка?
А Скирнир отвечал им:
— Но сам Один распорядился оставить его в Асгарде. А верховный бог никогда не нарушает своего слова.
Наконец Скирнир разыскал самого мудрого гнома, который сказал ему:
— Хорошо. Я выполню просьбу Одина. Я не буду плести верёвку и не буду ковать цепь. Я создам всего лишь тонкую и лёгкую ленту. Но туда будет заложена сильнейшая магия гномов. Мне для этого нужен топот кошачьих шагов, женская борода, корень горы, голоса рыб и птичья слюна.
Вот почему ничего этого не осталось на свете: у женщин не растёт борода, кошки ходят неслышно, горы не имеют корней, рыбы молчат, а у птиц нет слюны. Всё это гном, чьё имя до сегодняшнего дня хранится в секрете, вплёл в магическую ленту Глёйпнир и вручил её Скирниру. Когда Скирнир вернулся с Глейпниром в Асгард, многие боги встретили его ворчанием.
— Что это такое удалось тебе раздобыть у гномов? — говорили они. — Если уж крепчайшие цепи Фенрир разорвал, как паутинку, то на что сгодится эта тоненькая ленточка? Гномы обманули тебя! Да Фенрир изорвёт её в мелкие кусочки одним своим взглядом!
Но Один верил в магию гномов. Он поблагодарил Скирнира за выполненное поручение, взял ленту Глейпнир и направился к Фенриру.
— Что ж, Фенрир, — сказал он весело. — Давай снова с тобой поиграем. Поглядим, как ты сумеешь выпутаться из этой ленточки.
Но Фенрир начинал что-то подозревать.
— Нет, — сказал он, — не хочу и не буду.
— Почему же? — поинтересовался Один.
— А вот почему, — сказал Фенрир. — Если это обычная ленточка, то не много мне будет чести её разорвать. А если она таит в себе какой-то секрет, то зачем бы я по своей воле дал заманить себя в ловушку?
— Но послушай, — продолжал уговаривать его Один. — Если вдруг ты не сможешь разорвать эту ленточку, то мы все поймём, что ты не такой уж сильный и нечего нам тебя бояться. Тогда мы тебя и сами освободим.
— Ладно, — согласился Фенрир. — Я поиграю в эту игру. Только у меня есть одно условие. Один из вас положит мне руку в пасть, пока я буду связан этой лентой. Таким образом будет подтверждено, что я доверяю вам, а вы доверяете мне. Я клянусь вам… — Тут Фенрир оскалил свои страшные зубы. — …Клянусь вам, — продолжал он, — не пускать в ход моих зубов, если увижу, что вы меня не предаёте.
Воцарилась тишина. Один переводил взгляд с одного аса на другого, надеясь, что кто-нибудь из них сам вызовется рискнуть. Но все молчали. Кому охота положить руку в эту страшную пасть!
Тюр сделал шаг вперёд.
— Я готов положить свою руку в пасть Фенриру, — сказал он, надеясь, что тот не причинит ему вреда. Своему воспитателю, кормившему его с тех самых пор, как был он ещё несмышлёным волчонком. Бесстрашный во всём, Тюр и на этот раз отважно поместил свою руку между огромными челюстями Фенрира.
И тогда боги, пропустив ленту Глейпнир через отверстие огромного камня, обмотали ею Фенрира.
Чем больше силился Фенрир освободиться, тем теснее сжимались вокруг него магические путы. И вот, когда Фенриру казалось, что боги его предают, он всё теснее сжимал, страшные челюсти на руке Тюра.
Так бесстрашный бог войны Тюр остался без руки.
А асы взяли меч и вонзили его в разверстую пасть волка. Из раскрытой пасти Фенрира потекла слюна и кровь, постепенно превращаясь в реку по имени Вон.
Иллюстратор Жданова И.
