Построили себе Заяц и Зайчиха небольшой домишко в лесу. Всё вокруг прибрали, расчистили и размели. Осталось только большой камень с дороги убрать.
— Давай поднатужимся и оттащим его куда-нибудь в сторонку! — предложила Зайчиха.
— А ну его! — ответил Заяц. — Пусть лежит, где лежал! Кому надо будет, тот его обойдёт!
И остался камень лежать возле крыльца.
Бежал однажды Заяц домой с огорода. Забыл, что камень на дороге лежит, споткнулся об него и расквасил себе нос.
— Давай уберём камень! — предложила опять Зайчиха. — Смотри, как ты разбился.
— Охота была! — отвечал Заяц. — Стану я с ним возиться!
В другой раз несла Зайчиха кастрюлю с горячими щами. Засмотрелась на Зайца, который за столом сидел, по столу ложкой стучал, и забыла про камень. Налетела на него, щи пролила, сама ошпарилась. Горе, и только!
— Давай, Заяц, уберём этот проклятый камень! — взмолилась Зайчиха. — Не ровен час, кто-нибудь из-за него голову себе сломает.
— Пусть лежит, где лежал! — ответил упрямый Заяц.
Пригласили как-то Заяц и Зайчиха своего старого друга Михаила Ивановича Топтыгина на праздничный пирог.
— Приду, — пообещал Михаил Иванович. — Пирог ваш, а уж мёд мой будет.
В назначенный день вышли зайцы на крыльцо дорогого гостя встречать. Видят: спешит Михаил Иванович, большую кадушку с мёдом к груди обеими лапами прижимает, под ноги себе не смотрит.
Замахали Заяц с Зайчихой лапками:
— Камень! Камень!
Не понял Медведь, что ему зайцы с крыльца кричат, почему лапками машут, и со всего хода налетел на камень. И так он на него налетел, что перевернулся через голову и всей своей тушей угодил прямо в заячий домик. Кадушку с мёдом разбил, домик развалил.
Схватился Медведь за голову. Плачут зайцы от горя.
А зачем плакать? Сами виноваты!
