Жил-был богатый крестьянин, такой скупой, что ни один батрак у него больше месяца-двух не работал. Семь потов сгонял хозяин с работников, а кормил так, что только ноги протянуть впору. По всей округе прошла о нём недобрая слава.
Как ни заманивал хозяин чего ни сулил, никто ему больше не верил, никто не хотел к нему наниматься. А время было горячее. У других уж и пашут, и сеют, только у него дело стоит.
Как тут быть?
Решил крестьянин отправиться в дальнее село.
«Там-то меня никто не знает, — думает он, — может, кого и залучу к себе в батраки».
Вышел он ни свет, ни заря. Шёл быстрым шагом, а всё- таки ночь застала его в дороге. И как раз в большом лесу. Он сел у перекрёстка на пенёчке. Сидит — вздыхает.
Вдруг поблизости зашумело что-то, будто кто кузнечные мехи раздул.
Крестьянин поднял голову, видит: меж деревьев не то большая птица, не то просто тень какая-то качается. И чей- то голос спрашивает:
— Что вздыхаешь? Или беда пришла?
— Уж такая беда,— отвечает крестьянин,— что и сам старый хозяин лесной дед, не поможет.
— А вдруг поможет! Скажи, что надобно.
— Надо бы мне такого работника, который бы поменьше ел-пил да побольше работал.
— Ну, это дело нетрудное. Приходи в четверг, ровно в полночь, на этот перекрёсток и свистни погромче. Выйдет к тебе старый хозяин может, вы с ним и поладите. Только прихвати с собой чёрного зайца. За чёрного зайца он что хочешь тебе отдаст.
Опять что-то загудело в ветвях, ну точь-в-точь как в кузнице, когда подмастерье нажмёт на мехи. И затихло.
А крестьянин досидел на пенёчке до рассвета и побрёл домой.
Вот дождался он четверга и собрался в лес, на тот самый перекрёсток.
«Только, — думает, — где же мне чёрного зайца раздобыть? Ну ничего, снесу я вместо зайца чёрного кота. В темноте может, будет неприметно».
Он поймал чёрного кота, сунул в мешок и отправился в дорогу. На перекрёстке остановился и свистнул. Никто не отозвался. Он ещё раз свистнул. Опять никого. Он в третий раз свистнул. Тут вышел из-за дерева сам старый хозяин.
— Чего тебе надо? — спрашивает он у крестьянина.
Крестьянин говорит:
— Принёс я чёрного зайца продавать.
— А что за него хочешь?
— Хочу за него работника и работницу. Таких, чтобы служить мне служили, а есть не просили.
— Что ж, это можно,— говорит старый хозяин.— А на сколько лет нанимаешь?
— По мне хоть на всю жизнь,— отвечает крестьянин.
— Нет так дело не пойдёт,— говорит старый хозяин.— Заключим условие на семь лет. А через семь лет принеси мне седьмую часть того, что работник и работница тебе наработают. Принесёшь — ещё на семь лет оставлю их у тебя. Ну, как — согласен?
— Согласен-то согласен! Да вот надо бы посмотреть работников. Зачем же кота в мешке покупать…— сказал крестьянин и тут же прикусил себе язык: вспомнил, кто у него-то в мешке сидит.
— Постой постой,— забеспокоился старый хозяин,— ты это к чему кота приплёл?
— Да нет это я так к слову,— отвечает крестьянин.— Говорю: подойдут ли ещё твои работник с работницей? Поглядеть бы на них сначала…
— Ну, за этим дело не станет,— сказал старый хозяин и исчез за деревом.
Через минуту он снова показался — с мешком за спиной.
— Вот тебе работник,— сказал он и вытряхнул из мешка щепку величиной с прялку.
Только крестьянин рот раскрыл, хотел сказать: «Смеёшься ты надо мной, что ли?» — смотрит, а перед ним уж стоит дюжий парень, косая сажень в плечах.
Тут старый хозяин опять встряхнул мешок, и оттуда выпал кусок коры величиной с веретено.
— А вот тебе и работница, — сказал он.
Сказал — и перед крестьянином выросла тощая, высокая девица.
— Эх славные работники! — говорит старый хозяин. — Хоть дрова на них вози, хоть землю паши! А пить-есть никогда не просят. Разве летом, в самую жару, плесни ты на них ведёрко-другое холодной водицы, чтобы не засохли они,— вот и все с ними хлопоты. Хорошие работники! Ну, так как — подпишем условие?
— Отчего же не подписать? Подпишем,— сказал крестьянин.
Старый хозяин подсунул крестьянину бумагу, крестьянин поставил на ней крест вместо подписи (он ведь не знал грамоты), отдал мешок с чёрным котом и поспешил-домой со своими новыми работниками.
Только уж на ходу обернулся он и спросил:
— Звать-то их как?
— А зови их — Щепа и Кора,— сказал старый хозяин.
Стали новые работники у крестьянина работать. С утра до ночи хлопочут и в поле и дома. Есть-пить не просят, а всякое дело так и горит у них в руках. Вот только в самую жару с чего-то начнут у них руки-ноги поскрипывать, ну, крестьянин окатит их водой из колодца, и опять пойдёт у них работа как ни в чём не бывало. ‘
Работники работают, а крестьянин богатеет. Что ни год, то мешок с золотом прибавляется у него в кладовой. За семь лет накопилось семь мешков золота.
Подошло время расплачиваться по условию. А крестьянину жалко денег. Шутка ли — целый мешок золота отдавать! Как же быть?
Думал он, думал — и надумал.
Насыпал он полный мешок битых черепков и понёс в назначенное время на лесной перекрёсток.
«Авось сойдёт как-нибудь! Не хозяйский глаз у старого хозяина. Тот раз взял мешок и не заглянул в него, может, и в этот раз не посмотрит!»
Принёс он мешок на место, а старый хозяин его уж поджидает.
— Пришёл? — спрашивает.
— Пришёл, как видишь,— отвечает крестьянин.
— Принёс? — опять спрашивает старый хозяин.
— Принёс,— отвечает крестьянин.
— А что принёс? Уж не кота ли в мешке?
У крестьянина душа в пятки ушла. Но не подал он виду.
— Ты к чему это про кота приплёл? — спрашивает.
— Да нет, это я так, к слову,— отвечает старый хозяин.— Давай мешок.
Взял он мешок, встряхнул, так что черепки зазвенели, а развязывать не стал.
— Ладно,— говорит крестьянину,— никто в обиде не будет. Ты со мной рассчитался — и я в долгу не останусь.
Побежал крестьянин домой, ног под собой не чует от радости.
«Эх,— думает,— пронесло. Второй раз самого старого хозяина вокруг пальца обвёл!»
На другой день поутру вышел крестьянин в поле — посмотреть как работники работают.
А работников-то и нет на месте.
— Что с ними? — удивился крестьянин.— Никак заспались сегодня. Пойду разбужу.
Пошёл он на сеновал, где работники всегда спали.
— Эй,— кричит,— вставайте, бездельники!
Не отзываются работники.
Крестьянин толкнул двери. Что такое? Пусто на сеновале. Ни работника, ни работницы. Только в углу лежат гнилая щепка и кусок берёзовой коры.
Почесал крестьянин затылок.
«Экую старый со мной шутку сыграл! Вот уж верно — в долгу не остался! Ну ничего, всё-таки все семь мешков золота при мне!»
Побежал он в кладовую — золотом полюбоваться, душу отвести. Смотрит — а в мешках гнилая труха да сухие берёзовые листья.
