В одном сказочном посёлке жили…
Но сначала — о самом, посёлке. Это был, пожалуй, даже маленький городок с пёстрыми домиками-будками и ухоженными зелёными двориками. На островерхих крышах юрко вертелись флюгера — жестяные петушки, собачки, кошечки, кролики.
Собственно, в этих домиках и жили-то лишь домашние животные, в основном, собаки и кошки. Потому-то посёлок и сказочный.
В то ничем не примечательное утро какой-то котёнок перебегал улицу, беззаботно гонясь за пушинкой. И тут из-за поворота вылетел модный, старинного вида, автомобиль. За рулём сидел Петух с фотоаппаратом на шее. То ли проезжий турист, то ли заезжий репортёр.
Он поспешно нажал на резиновую грушу сигнала, который хрипло проголосил: «Ку-ка-ре-ку!» Котёнок отпрыгнул прочь, и автомобиль укатил дальше по дороге, скрывшись в клубах пыли.
На необычный звук сигнала выскочил из будки на соседнем дворе неказистый лопоухий Пёс. Он тут же забарабанил лапами в дверцу ближайшего домика.
— Вставайте!
Сонно потягиваясь, наружу вылезли два кота: Чёрный и Белый. Так их все называли.
— Проспали! — вскричал Пёс. — Опоздали!
Они промчались через пустынный посёлок. И осторожно побежали по старому мостику, перекинутому через глубокий овраг.
Внезапно кот Белый, оступившись, чуть не провалился в прореху настила, но кот Чёрный удержал его на ходу.
Белый на миг глянул с опаской вниз — брр! Там петлял свирепый каменистый ручей, ныряя у поворота оврага под сукастый бурелом.
Пробежав мостик, друзья недоуменно остановились. На скамейках самодельных трибун, окружавших зелёный луг со спортплощадкой, никого не было!.. Только на отдельной скамейке, предназначенной для прессы, восседал Петух с фотоаппаратом. Всё-таки он оказался заезжим репортёром. Поодаль виднелась его машина. Видать, он заехал сюда окружным путём.
— Говоришь, проспали?! — проворчал кот Чёрный, уничтожающе взглянув на Пса.
Пёс отрешённо почесал задней лапой затылок. А Белый с восторгом заявил:
— Зато мы лучшие места займём!
Лишь теперь вдали на башенке посёлка открылось под часами оконце, и механический петух прокричал на всю окрестность: «Ку-ка-ре-ку!»
Вскоре повалили зрители. Собаки, кошки, кролики, гуси заняли все места на лавочках стадиона. Конечно, лучшие места наши друзья успели захватить. Но перед ними неожиданно сел на землю опоздавший, огромный как шкаф, барбос.
Он заслонил собой начавшийся парад собак — участников Больших Собачьих Соревнований, о которых было объявлено ещё месяц назад.
Иногда барбос порывисто отклонялся то влево, то вправо. И тогда друзьям удавалось увидеть хоть краешек состязаний на площадке: чей-то прыжок, чей-то кувырок…
Зрители восторженными криками подбадривали выступавших. Они неудержимо болели за своих соседей по двору.
Когда изящный белый пудель совершил лихой пируэт на гимнастическом бревне, какой-то чернющий кот взвился в заднем ряду, истошно вопя:
— Уря-у! — И гордо заметил примолкшим соседям:
— С моего двора! Я ему нарочно четыре недели дорогу не перебегал!
Барбос по-прежнему мешал друзьям смотреть соревнования. Тогда наш лопоухий сутулый Пёс, не сходя с места, вытянулся так, что стал намного выше ростом.
Теперь он всё видел отлично! Однако, вспомнив и про своих малорослых друзей, он заботливо посадил их себе на плечи.
Коты бурно переживали захватывающее зрелище: лезли выше, на самую голову Пса, дёргали его за уши и чуть ли не падали от восторга. Доставалось и задним зрителям. Кошачьи хвосты то и дело маячили у них перед глазами. И раздражённым болельщикам приходилось откидывать их в стороны, словно пушистые кисти на занавесе.
Пёс тоже переживал азартно: поднимал уши топориком, невольно выгибал грудь колесом, разворачивал плечи. Ах, как он, наверно, хотел сейчас быть на месте спортсменов!
Заметив это, коты Белый и Чёрный многозначительно переглянулись.
А на лугу маленький кривоногий французский Бульдог под рёв болельщиков взял рекордную высоту, прыгнув спиной через планку.
Зрители неистовствовали!
И вот состязания закончились. Председатель жюри — русский черно-пегий Спаниель наградил золотой медалью Бульдога. Раздался шквал аплодисментов!
Члены жюри — шотландский Колли в клетчатом берете, кавказская Овчарка в обширной кепке и многонациональная Дворняга в шляпе — объявили в блестящие звонкие рупоры:
— Всем, всем, всем дворам! Следующие Междворовые Соревнования Собак состоятся через месяц! Четвероборье! Скоростной бег, прыжки в длину, прыжки в высоту и спортивная гимнастика на бревне! Приглашаются все желающие! Победителю — переходящая золотая медаль!
Наш Пёс даже привстал.
— А что мы, хуже? — кивнул кот Белый на Пса. — От нашего двора выступит — он! Он ещё и медаль у нас…
— У тебя, — хмыкнул Чёрный.
— У меня — получит! — твердо заявил Белый. И обернулся к Псу. — Хочешь выступить за наш двор?
— Ещё бы не хочу! — расплылся в улыбке Пёс.
— Видишь, не хочет, — тут же заметил Чёрный.
— Он сказал: «Ещё бы не хочу!» — сурово посмотрел на него белый собрат. — Значит, ой как хочет!
— Ой как! — торопливо подтвердил Пёс. — Да я за наш двор горы сверну!
— Давай я твоим тренером буду, а? — предложил Белый.
Пёс замялся, неуверенно пожал плечами и робко промолчал.
— Не желает, — усмехнулся кот Чёрный.
— Желает! — вновь рассердился Белый.
Маленький французский Бульдог проходил мимо, гордо неся на шее золотую медаль. Остановился и насмешливо сказал:
— Только его и не хватало!
Кот Белый угрюмо покосился на чемпиона.
— И сам не позорься, и свой двор не позорь, — посоветовал Бульдог лопоухому Псу. — С твоими данными только на муравьиных бегах выступать.
И, хихикнув, важно удалился.
— Ещё посмотрим! — крикнул ему вслед раздосадованный Пёс.
— Поглядим! — яростно вторил ему кот Белый.
— И не увидим, — расхохотался, оглянувшись, Бульдог.
А кот Чёрный ничего не сказал. Он озадаченно почесал задней ногой затылок. Очевидно, по привычке, передавшейся ему от Пса.
Друзья остались одни на лугу. Кот Белый мечтательно посмотрел на Пса. И вдруг представил, как на шее у того засверкала медаль!
— Ничего у нас не выйдет, — мрачно сказал кот Чёрный.
Видение рассеялось — медаль тут же пропала.
— У него — не выйдет? — возмутился Белый, внушительно указывая лапой на понурого Пса, глупо открывшего рот и развесившего уши. — У этого богатыря?!
Неказистый Пёс сразу преобразился: плечи раздвинулись, глаза засверкали, усы растопырились.
— Не знаю… — вновь засомневался Чёрный.
— А я знаю. Он — скрытый талант! — вскричал Белый. — И я его открою!
Первая тренировка состоялась на лугу на следующий же день, рано утром, когда посёлок ещё спал.
Кот Белый раскрыл толстый спортивный учебник, взглянул на рисунок и… рявкнул на Пса:
— Как сидишь?
Пёс мигом принял стартовую позу.
Белый моментально возвёл это в немыслимое достоинство:
— А! Гений!
— Дожил! — послышался чей-то язвительный голос.
Пёс и коты обернулись.
— Коты его тренируют! — ехидно продолжил маленький французский Бульдог, спортивной трусцой пробегая мимо них по дорожке.
Прямо со стартовой стойки Пёс в ярости погнался за обидчиком. Но Бульдог поднажал и, обидно хохоча, скрылся вдали.
Пёс вернулся, устало высунув язык.
— Займемся бегом вплотную, — озабоченно сказал тренер Белый.
Велико же было изумление кота Чёрного после того, как он на мгновение отвернулся!.. Пёс бежал по кругу, а тренер сидел на нём верхом и, заглядывая в учебник, командовал:
— Ритмичней!.. Дыши ровней!.. Рули хвостом по ветру!
Затем после короткого отдыха занялись прыжками в длину. Пёс разбежался и прыгнул… на какую-то пядь, да и то покатился кубарем.
Тренер удачно успел отскочить в сторону и одобрительно воскликнул:
— Замечательно! Ещё бы чуть-чуть…
— И от тебя бы ничего не осталось, — съязвил кот Чёрный, угрюмо наблюдавший за тренировками со стороны. — Он у тебя тройной бес: беспородный, бесталанный, бестолковый!
— Ничего подобного. Очень толковый! — нахваливал Пса тренер.
Тренировки продолжались.
Увы, не зря сомневался Чёрный кот. Пёс плашмя упал с гимнастического бревна. Встал, отряхнулся, уныло махнул лапой и побрёл прочь.
Белый метнулся за ним, схватил его за хвост и потащил было к стадиону. Но Пёс, не оглядываясь, уходил, волоча за собой тренера.
— Гигант! — громко донёсся им вслед язвительный голос.
Это заявил, подтягиваясь на турнике, маленький французский Бульдог.
— Кто? Я? — сразу же со смущённой улыбкой оглянулся на него доверчивый Пёс.
— Ну, конечно же, ты, — поспешно увлёк своего подопечного обратно на площадку тренер Белый.
Тренировки снова продолжились.
Вот Пёс стремительно разогнался для прыжка в высоту.
— Не возьмёт, — бубнил Чёрный.
Пёс лихо пролетел… под планкой, на которой сидел тренер с раскрытым на нужной странице учебником.
Маленький Бульдог только хихикал, потешаясь над ними:
— А тренер-то!.. Такого бы за хвост — и на крышу!
Тем не менее тренировки шли, то неудачно, а то и успешно, целый месяц.
Особенно не давались Псу прыжки в высоту. Частенько он ломал планку на лету грудью.
— Запомни, — как-то вмешался кот Чёрный в тренерские права Белого. — Это лишь ленточку на бегу рвут, охламон!
— Бездарности, — привычно обозвал всех с гимнастического бревна Бульдог. — Кончайте это безнадёжное дело, пока не поздно.
— Вообще-то правильно, — вздохнул кот Чёрный. — Даже мудро.
— А уж ты бы не мяукал! — прорычал на него Бульдог. Он решил, что над ним издеваются.
— Погавкай у меня! — обиделся Пёс за друга.
— Тихо! Начнём сначала, — упрямо сказал кот Белый.
Накануне соревнований тренер собственноручно, а точнее, собственнолапно, искупал Пса в корыте и заботливо расчесал его шерсть большим гребнем. А уши деловито подправил резиновым клеем, чтобы не обвисали.
— Всё равно провалится, — горестно заметил Чёрный.
Белый гулко постучал себя по груди кулачком.
— Ты меня лучше не раздражай. Я страшен во гневе!
— Без гнева ты ещё страшнее, — пробурчал Чёрный.
Пёс молча затрясся от смеха, но осёкся под взглядом тренера и машинально принялся делать разминку.
— Не провалится, — одобрительно кивнул Белый.
И вот наступил знаменательный день соревнований.
Собрались зрители, судьи, спортсмены.
Сначала участники прошли комиссию по экстерьеру. Вернее, отборочная комиссия — Колли, Овчарка, Дворняга — прошлась перед строем, придирчиво осматривая внешний вид спортсменов.
С изумлением уставилась комиссия на длинные, лихо торчащие уши нашего ухоженного Пса. Но тут её внимание, к счастью, привлёк чёрный Терьер, замыкавший строй: хвост в репьях, одно ухо вверх, другое вниз. Ему дружным жестом указали — вон отсюда!
Кот Белый толкнул локтем Чёрного.
— Видал?
Председатель жюри Спаниель ударил молоточком в гонг: начали!
Стремительный бег Пуделя… Щёлкают секундомеры в лапах членов жюри. Щёлкает затвор фотоаппарата у репортёра Петуха.
Коронный прыжок Бульдога через планку. Судьи поднимают таблички: «5 +»! Пять с плюсом! Лишь один из них оценил достижение на «пять с минусом». Негодующий гул стадиона!.. Артистическое выступление Болонки на гимнастическом бревне. Она изящно пританцовывала, подбрасывая носом большой разноцветный мяч. Одобрительный рёв болельщиков!..
В конце концов дошла очередь и до нашего Пса, выступавшего последним.
— Не подкачай, родной! — заверещал кот Белый, когда его ученик разогнался для прыжка в длину.
Пёс приземлился далеко от черты. Но придирчивый Колли отмерил ему длину прыжка по хвосту, вытянутому назад.
Напрасно подбегал к ним тренер Белый, протестовал и заворачивал своему питомцу хвост кольцом, доказывая, что прыжок — рекордный. Колли был неумолим: правила есть правила!
Возмущённого Белого пришлось под лапы вывести с поля двум дюжим Доберманам-Пинчерам и усадить обратно на скамейку.
Псу продолжало не везти. Начав ошеломляющий пируэт на бревне, он сделал стойку прямо на ушах.
— Аж на ушах стоит! — ахнул кто-то в удивлённой тишине.
Внезапно послышался ехидный возглас Бульдога:
— Смотри не упади!
Уши у Пса враз разъехались, и он закончил своё выступление под бревном. Ну а планку на рекордном прыжке в высоту он вообще умудрился унести с собой в зубах, чему и сам неимоверно поразился.
— Выше себя не бери! — опять крикнул Бульдог.
От бега же по кругу Пёс совсем отказался, настолько расстроился.
Зрители дружно зааплодировали. Но, конечно, не ему. Это Спаниель снова повесил всё ту же переходящую золотую медаль на шею победителю — маленькому французскому Бульдогу. По сумме баллов он сумел всех превзойти: даже стремительного Пуделя и изящную Болонку!..
Все разошлись. И так получилось, что на спортплощадке оказались только двукратный чемпион Бульдог, наш Пёс и кот Белый.
— Ты уж меня извини… — пробормотал коту Пёс. Он вконец приуныл: уши обвисли, поникли усы, он стал меньше ростом.
— Нет уж, извини, ты меня извини, — горячился Белый. — Ты выступал хорошо. Я тренировал плохо!
— Прости… — продолжал бубнить Пёс.
— Нет, прости, ты меня прости. Таких тренеров, как я, надо бы за хвост — и на крышу. Не огорчайся, ещё потренируемся, и на следующий год медаль — наша!
Бульдог пренебрежительно фыркнул, потёр щекой медаль для большего блеска и гордой походкой отправился домой.
Они возвращались в посёлок втроём по старому мостику над глубоким оврагом — впереди Бульдог, спесиво задравший нос, позади понурые Пёс и кот Белый.
И вдруг чемпион, не заметив дыры на своём пути, шагнул и провалился сквозь настил.
Пронзительный вопль донёсся из глубины оврага. Падая, Бульдог угодил прямо на тонкое деревце над ручьем. Мгновение, и его подбросил спружинивший от удара гибкий ствол. Чемпион взлетел вверх, вынырнув перед растерянными спутниками, и вновь с воплем провалился в ту же дыру.
Разом склонясь над ней, Пёс и Белый увидели Бульдога, застрявшего в рогульке деревца. Он безуспешно пытался высвободиться. Под ним свирепо бурлил каменистый ручей.
И тут наш Пёс бросился на помощь. Отчаянный прыжок вниз, и он ловко обхватил ствол деревца всеми четырьмя лапами.
Ствол размашисто помотался с ним и с пленником Бульдогом, описывая дугу от ручья до самого склона оврага, и наконец застыл, ещё ниже наклонившись к потоку.
Тогда Пёс встал. Двинулся, покачиваясь, вперёд по тонкому дрожащему стволу к попавшему в западню Бульдогу.
Чемпион продолжал дёргаться. Верхушка деревца с развилкой угрожающе затрещала.
Чудом сохраняя равновесие — это тебе не гимнастическое бревно, — Пёс ловко приблизился к Бульдогу.
— Держись, — и протянул ему лапу.
Чемпион изо всех сил рванулся к нему. Рогулька отломилась и вместе с пленником упала в шумный поток.
Пёс мигом соскочил на окутанный пенистыми брызгами камень на середине ручья. Неимоверными «прыжками в длину», с валуна на валун, спасатель кинулся вслед за Бульдогом. Но чемпиона неумолимо уносила прочь быстрая вода.
— Тону! Спасите! — вопил Бульдог. — Помогите!
Течение швырнуло его в просвет под буреломом, замыкавшим поворот оврага.
Наш Пёс оттолкнулся от последнего на пути камня. В головокружительном «прыжке в высоту» он перелетел через частокол бурелома. Очутился по ту сторону на другом валуне. И выхватил из бушующей воды незадачливого чемпиона, подняв его на рогульке. Словно сачком!..
…Кот Чёрный сидел и угрюмо вздыхал на пороге своего домика.
Во двор вошли Пёс и кот Белый.
— Эх вы, неудачники! — сокрушённо сказал им кот Чёрный и уничтожающе поглядел на кота Белого. — Особенно ты. Тренер называется!
— Да если б я его не тренировал… — с вызовом начал Белый и умолк.
С другой стороны во двор неожиданно въехал на своём модном автомобиле репортёр Петух. Позади него сидели мокрый дрожащий Бульдог и крупная собака Водолаз.
Петух, нажав на резиновую грушу, просигналил: «Ку-ка-ре-ку!»
— Вот он! — вскричал Бульдог, указывая на Пса.
Тот даже попятился. Петух и его пассажиры выскочили из машины.
Водолаз положил тяжёлую лапу на плечо Псу. И внезапно, широко улыбаясь, повесил ему на шею сверкающую золотую медаль на яркой ленте.
Петух суетился вокруг них и щёлкал затвором фотоаппарата.
— Догнал ведь меня, а? — Бульдог обеими лапами смущённо пожал лапу спасителю Псу, а затем уважительно потряс лапку оторопевшему коту Белому. — А вы меня в следующий раз будете тренировать?
— Эх ты, мокрая курица, — сказал чемпиону Петух.
А кот Чёрный так и застыл на пороге, прищурившись и разглядывая буквы на медали.
— За спа-се-ни-е у-то-па-ю-щих… — пробормотал он. — Медаль!
— Я же говорил, получим, — с достоинством произнёс Белый, — и прославимся.
Неказистый Пёс преобразился: грудь колесом, усы веером, уши топориком.
Новый щелчок фотоаппарата.
— В завтрашний номер газеты! — подмигнул Петух.
Иллюстраторы: Е. Гершуни, Е. Плаксина.
