В этой сказке с самого начала ничего не было.
Верней, что-то было, но – в темноте.
И тут появился человек, который стал эту темноту есть. Потому что это была не темнота, а шоколад. И вообще, это всё было шоколадное яйцо, внутри которого и была темнота. А человек, который съел яйцо и шоколадную темноту, назывался мальчик Алёша.
Алёша и увидел первым то, что было в яйце. А был там какой-то ботинок, какой-то красный нос, какой-то колпачок, какая-то палочка. Только стал Алёша всё это пристраивать друг к другу, как послышался голос:
– Постой! Ты не так делаешь! Я сейчас сам себя соберу.
– Нет, я соберу, – сказал Алёша и собрал того, кого хотел.
– Так, теперь тебе понятно, кто ты такой? Ты – гномик.
– Я? Гномик? Не может быть!
Гномик посмотрел в зеркало и сказал:
– Да, действительно, похоже. А как меня зовут?
– Автомофей!
– Не может быть! – вскричал гномик. – Какое счастье! Неужели у меня такое чудесное имя! Автомофей! Вот это да!
– Ну, давай, – сказал Алёша. – Давай теперь исполняй поскорее моё желание!
– Да не умею я.
– Умеешь, умеешь, не притворяйся. Взмахни своей палочкой – и всё получится. Хочу второе шоколадное яйцо.
– И что – в нём тоже гномик?
– Да нет, гномиков больше не надо. Пусть будет автомобиль. Ну? Автомобиль для Автомофея и для меня. Исполняй скорее!
Автомофей взмахнул своей палочкой – и новое шоколадное яйцо явилось перед ними. Алёша быстро разломал его, съел шоколад, а гномик Автомофей быстро собрал новенький автомобиль.
– Ну, давай теперь дальше, – сказал Алёша. – Делай третье шоколадное яйцо.
– А что в нём будет?
– Сам не знаю. Давай, что получится.
– Лучше не надо. А то ещё получится что-нибудь не то.
– Прошу тебя, сделай. Шоколаду хочется.
– Ну, пожалуйста, – сказал гномик, взмахнул палочкой, и на столе появилось третье яйцо.Алёша съел шоколад, а из яйца-то объявился маленький человечек, лысый и усатый, в клетчатом пиджаке, с папиросой во рту.
– Автомофей, – сказал гномик и протянул руку, чтобы познакомиться.
Но человечек оттолкнул гнома, плюхнулся за руль автомобиля.
– А у мене фамилие Жипцов, – сказал он и только завёл машину, как Алёша быстренько вытащил его из кабинки.
– Стой, Жипцов, – сказал он. – Это машина Автомофея.
– Чего-чего? – сказал Жипцов. – Это мой «Москвич-Бенц», а ты, Автомофей, катись отсюдова!
И он хлопнул Автомофея по лбу.
Тогда Алёша схватил его и засунул в сахарницу. Дело-то всё на кухне происходило, и там на столе стояла синяя сахарница.
Этот противный Жипцов стал скакать по кускам сахара и кидаться осколочками сверху в гномика Автомофея.
– Вот видишь, – сказал Автомофей, – зря ты съел это третье яйцо.
– Да ладно, ничего особенного, – сказал Алёша. – Пускай в сахарнице пока посидит, а мы лучше с тобой покатаемся.
– Так ты же не залезешь в машину.
– А ты взмахни палочкой и сделай меня маленьким, как ты. Покатаемся, а потом ты меня расколдуешь.
Автомофей взмахнул палочкой – и Алёша стал таким же маленьким, как и сам гномик Автомофей.
Залезли они в машину и стали по столу носиться. Мимо хлебницы, мимо недопитой чашки чаю и, конечно, мимо сахарницы, в которой Жипцов сидел.
А Жипцов изловчился, за цветок василёк ухватился и по стебельку слез вниз на стол. Там рядом букет стоял полевых цветов.
Вот Жипцов притаился за солонкой, а гномик Автомофей говорит:
– Что-то этого противного Жипцова не видно.
Алёша затормозил и говорит:
– Кажется, он за солонкой спрятался.
Вот они вышли из машины и пошли к солонке. Тут Жипцов вдруг выскочил, выхватил у гномика волшебную палочку и стукнул его палочкой по лбу.
Тогда гномик выхватил у Жипцова палочку и тоже стукнул Жипцова по лбу.
Тогда Алёша выхватил палочку и говорит:
– Вы что, с ума сошли? Это же волшебная палочка. Сломаете ещё, чего доброго.
Тогда Жипцов подскочил к Алёше, выхватил у него палочку и бросил её. И упала палочка со стола на пол.
– Вот и всё, – сказал Жипцов. – Теперь ты, Алёша, останешься таким же маленьким, как мы с Автомофеем.
И он вскочил в машину.
Вот Жипцов стал носиться по столу и всё время старался на Автомофея наехать, но гном отскакивал.
– Погоди, Жипцов! – кричал ему Алёша. – Вот придёт мой папа, он тебе задаст. А я, когда снова большим стану, посажу тебя в сахарницу, а букет отодвину.
– Плевать я на вас хотел! – отвечал Жипцов и носился всё быстрее и быстрее. И так он глупо катался, что врезался в хлебницу; машина разбилась, мотор заглох, а Жипцов вылез из машины с огромным синяком на лбу.
– Сломался радиатор, – сказал Автомофей. – И карбюратор. Надо чинить.
Он достал из кармана ключ и молоточек и стал чинить машину. А Жипцов с грязными ногами залез в солонку и разлёгся там, как будто на морском песочке.
«Хоть бы папа скорее пришёл, – думал Алёша, – он меня спасёт».
И вот в двери загремел ключ, и в дом вошёл папа.
– Алёша! – крикнул он. – Ты где?
«Я здесь, на кухне!» – хотел крикнуть Алёша, но крикнуть ничего не смог… Он как-то неожиданно замер. И гномик замер, и Жипцов тоже замер. Алёша и не знал, что куклы при живых людях перестают двигаться и разговаривать. А он-то в куколку превратился!
– Где же мой Алёша? – говорил папа. Он ходил по квартире и всюду искал сына.
Пришёл он, конечно, и на кухню. Смотрит – на столе машинка, а рядом с ней гномик и ещё две куклы. Одна из них очень на Алёшу похожа. И ещё он увидел много серебряной фольги, в которую шоколадные яйца завёртывают.
Фольгу папа выбросил в мусорное ведро, а Алёшу в руки взял.
– Вот как, – сказал он, – здорово теперь кукол делают. Даже на Алёшу похожа.
«Папа!» – хотел крикнуть Алёша, но крикнуть ничего не мог.
Заплакал тогда Алёша, но и заплакать у него не получилось.
Сел папа за стол, кукол в сторону отодвинул и стал суп есть. А когда он пообедал, ушёл в свою комнату и сел уже за компьютер.
– Ха! – засмеялся тогда Жипцов. – Помог тебе твой папочка! Будешь ты теперь, Алёша, маленькой куклой!
Но тут гномик Автомофей прошептал Алёше на ухо:
– Главное – достать волшебную палочку. Вон из той бумажной салфетки сделаем самолёт и на пол улетим. Ты только не плачь. Надо Жипцова обмануть.
– Эй, Жипцов, – сказал Алёша, – я давно мечтал куклой стать, чтобы на игрушечных машинках кататься и на самолётиках летать.
Вот они достали из вазочки салфетку и сложили из неё самолётик. А чтоб самолёт хорошо летал, приделали к нему моторчик. Ну, этот самый автомобильный моторчик. Из машины его достали и в самолёт вставили. Это всё Автомофей сделал своим ключом и молоточком.
– Чего это вы такое делаете? Чего это такое? – бегал вокруг них Жипцов. – Я тоже такое хочу!
А они нарочно в самолёте только два места сделали, чтобы Жипцова не брать. Он хотел за хвост зацепиться, но они успели улететь.
Вот стали они по кухне летать – то над холодильником полетают, то к стенным часам взлетят. Налетались, накатались, вдруг видят – Жипцов на парашюте летит. Он, оказывается, из бумажной салфетки себе личный парашют сделал.
Они приземлились поскорей, – а Жипцов уж к палочке бежит. И они побежали. Скорей! Скорей!
И тут в кухню вдруг вошла мама. И они все замерли на месте.А мама вернулась с работы, и ей захотелось попить чаю.
Вдруг она увидела на полу самолёт из бумажной салфетки и маленьких куколок. Куколок подняла и на подоконник поставила. А про самолётик она подумала, что это просто смятая бумажная салфетка. Непонятно даже, как это мама моторчик не разглядела. Короче, она взяла веник и подмела весь пол. И вместе с парашютиком и самолётиком подмела волшебную палочку и стряхнула в мусорное ведро.
– А где Алёша? – спросила она у папы.
– Ума не приложу, – сказал папа.
– А ты приложи, – сказала мама, – подумай.
Папа думал-думал, но ничего не придумал. Он только сказал:
– Ты знаешь, здесь куколка есть, очень на Алёшу похожа.
Мама взяла в руки Алёшу, поглядела и сказала:
– Похожа, но не очень. У нашего Алёши глаза весёлые, а у этого грустные. Того гляди – заплачет!
И она поставила Алёшу обратно на подоконник. А на подоконнике лежало много-много яблок – то ли проветривались, то ли дозревали, сам не пойму.
И так получилось, что Жипцов оказался за огромной антоновкой с одной стороны. А гномик и Алёша – с другой.
– Очень хорошо, что мы на подоконнике, – сказал Автомофей. – Вон видишь, прямо к подоконнику прижимается занавеска. Мы по ней вниз спустимся. Давай скорее, пока Жипцов не видит!
И тут на них накатилось огромное яблоко.
– Эй, берегись! – кричал Жипцов. – Я вас сейчас яблоками задавлю!
И пока Жипцов катил яблоко – а сделать это было нелегко, – Алёша и Автомофей спустились на пол по занавеске и побежали к мусорному ведру. А оно стояло под раковиной, и залезть в него было невозможно.
А Жипцов катил-катил антоновку и до того её докатил, что она с подоконника свалилась и по полу покатилась с огромной скоростью – прямо на Алёшу с гномиком. Они еле успели за ведро спрятаться, как яблоко с громом ударилось о ведро.
И тут, конечно, в кухню вбежала мама. Видит – на полу яблоко, а на подоконнике Жипцов стоит.
– Эй, папа! – закричала она. – Иди сюда!
Папа пришёл на кухню, осмотрел место происшествия и говорит:
– Ну и что?
– А то, – говорит мама. – На подоконнике было три куколки, а теперь только одна. А яблоко на полу валяется.
Папа взял в руки Жипцова, осмотрел его внимательно.
– Довольно противный тип, – сказал он. – А где же кукла, на Алёшу похожая, и гномик?
Они поискали на полу, под столом, за яблоками, за холодильником, а за ведро помойное не заглянули.
– Странная история, – сказал папа. – Пропали две куколки. Ну ладно, надо хоть эту сохранить. Суну-ка я её в сахарницу.
– Вот ещё, – сказала мама. – Очень уж он грязный.
– А я его вымою, – сказал папа и включил кран.
Он вымыл Жипцова вначале горячей водой, а потом холодной, два раза намылил и потёр железной щёткой, которой сковородки трут. Натёр его как следует и сунул в сахарницу.
Так Жипцов во второй раз в сахарницу попал!
После этого папа с мамой снова своими делами занялись.
Как только они ушли, Алёша с Автомофеем принялись хохотать. И так громко они смеялись, что Жипцов их услыхал.
– Ах, вот вы где скрываетесь! – закричал он из сахарницы. – Теперь понятно!
По цветочку василёчку он вылез из сахарницы и подбежал к самому краю стола.
– А в ведро вам никак не влезть, – сказал он, оценив обстановку. – А волшебная палочка там! Ха!
– Да и тебе со стола никак не спрыгнуть, – сказал Автомофей.
– Ерунда! – сказал Жипцов. – Я сейчас ещё один парашют сделаю, спущусь вниз, вам обоим дам в ухо и нос разобью, а сам в ведро залезу, возьму волшебную палочку и наколдую чего хочу.
– А чего ты хочешь? – спросил Алёша.
– Очень простого, – сказал Жипцов. – Я хочу стать большим настоящим человеком, а вас с гномиком Автомофеем засунуть в карман и пойти в пивную: пиво пить, ругаться и драться.
– Никак не могу понять, – сказал Алёша гномику. – Нас с тобой двое, а он – один. Почему он в себе такой уверенный?
– Потому что дурак, – ответил гномик. – Дураки всегда в себе очень уверенные. Ну ладно, наплевать на него, нам надо скорее в ведро залезть и палочку достать. Давай совок мусорный к ведру приставим и по ручке залезем, пока Жипцов парашют делает.
Вот они взяли совок, в который мусор собирают, и стали его понемногу к ведру толкать. Толкали-толкали – совок брякнулся, упал на пол, зазвенел.
И мама в комнате громко сказала:
– Опять на кухне что-то происходит. Пойду посмотрю!
Автомофей с Алёшей за ведро спрятались, а этот дурацкий Жипцов залез поскорей обратно в сахарницу. Только успел залезть – мама вошла.
– Ага, – говорит, – всё в порядке. Этот в сахарнице сидит, а что звенело – непонятно.
Тут она увидела совок, который двигали. Взяла этот совок и к ведру прислонила, как раз так, как хотели гномик и Алёша. И снова ушла.
– Скорее лезем в ведро, – сказал Автомофей. И они полезли по ручке вверх, добрались до края ведра и заглянули внутрь.
А в ведре был, конечно, мусор. Но это был такой непротивный мусор, но всё же неприятный, такой, какой всё-таки убирать надо. Картофельные очистки, апельсиновые корки, тюбик от зубной пасты, бумажный самолётик и парашютик, а вот волшебной палочки видно не было.
– Её в ведре нет, – сказал гномик. – Я это точно чувствую.
– Что же делать? – сказал Алёша.
И тут совок под ними зашатался, поехал в сторону и рухнул на пол. Это противный Жипцов спрыгнул на своём парашюте и совок опрокинул. Алёша и гномик упали, но и Жипцову каблуком по лысине досталось.
Тут в кухню ворвался папа и закричал:
– Что здесь происходит?!
И он увидел совок, который валялся, а также Жипцова, Алёшу и гномика.
– Ага, – сказал он, – теперь всё ясно.
– Что это тебе ясно? – сказала мама.
Папа взял всех троих в руки и выстроил их перед собою в ряд на столе.
– Ясно, что этот тип вылез из сахарницы, а потом опрокинул совок. А это – маленький Алёша, а это – гномик. Гномик нашего Алёшу заколдовал, и он стал таким же маленьким. Дело ясное!
И тут мы должны сказать, что Алёшин папа оказался очень умным человеком. Но мама так не подумала. Она сказала:
– Сколько ты сегодня пепси выпил?
Он сказал:
– Одну бутылку.
А это было враньё – он выпил три.
Мама рассердилась и ушла в ванную комнату.
А папа взял всех трёх кукол в кулак и поставил их на пол рядом с мусорным ведром. И так сказал:
– Я не знаю, что тут у вас произошло. Но – предупреждаю: если вы, гномик и лысый тип, не расколдуете Алёшу, то вам несдобровать. Я вас выкину в форточку с двадцатого этажа. Даю вам пять минут. Вон поглядите на эти стенные часы. Как только они пробьют десять раз – я возвращаюсь на кухню.И он ушёл.
Надо сказать, что Жипцов очень перепугался, да и гномик тоже.
Они искали-искали палочку, но найти никак не могли.
И вдруг в тёмном углу раздался бой барабана! И на свет вышел старый барабанщик. Это был деревянный солдатик.
– Хоть ты, Алеша, про меня забыл, – сказал старый барабанщик, – и хоть я два месяца в пыли валялся, я все-таки решил тебя выручить. Вот она – волшебная палочка. Я её схватил, когда она мимо ведра пролетала.Гномик взмахнул палочкой – и Алёша так быстро вырос, что даже об умывальник головой стукнулся.
Часы пробили десять раз, и в кухню вошёл папа.
Он увидел, что Алёша сидит у стола, а перед ним стоят три фигурки: гномик, барабанщик и Жипцов.
– Я так и знал, что ты всё поймёшь, – сказал Алёша.
А папа обнял Алёшу и сказал:
– Я всё понял, потому что мы с тобой – друзья.
И тут папа посмотрел на Жипцова:
– Послушай, а это кто такой?
– Да это Жипцов. Из шоколадного яйца. Давай его в сахарницу засунем.
И они засунули Жипцова в сахарницу, а букет отодвинули.
Так Жипцов снова в сахарницу попал. Только уж я не помню, в который раз.
(Илл. Казбеков Л. и Николаева Н.)
