Как-то раз мальчик по имени Тонино пошел в школу, не выучив урока, и очень боялся, что учитель вызовет его.
«Эх, – подумал он, – если б я мог стать невидимкой!…»
Учитель начал урок с переклички, а когда дошел до Тонино, тот ответил:
– Я здесь.
Но никто не услышал его, и учитель, вздохнув, сказал:
– Жаль, что Тонино не пришел сегодня в школу, я как раз хотел вызвать его. Если он заболел, будем надеяться, что не серьезно.
Тут Тонино понял, что стал, как ему и хотелось, невидимкой. От радости он вскочил на парту и оттуда бухнулся прямо в корзину для бумаг. А затем стал бегать по классу, дергать ребят за волосы и опрокидывать чернильницы.
В классе поднялся шум. Все стали возмущаться и даже ссориться. Ребята обвиняли друг друга в том, чего никто из них не делал. Ведь они и не подозревали, что это проказы Тонино-невидимки.
Когда Тонино надоела наконец эта игра, он ушел из школы и сел в троллейбус. Разумеется, он и не подумал брать билет, потому что кондуктор все равно не видел его. Он нашел свободное место и преспокойно уселся там. А на следующей остановке в троллейбус вошла синьора с тяжелой сумкой, набитой продуктами и хотела сесть как раз туда, где сидел Тонино: она видела, что место не занято. И конечно, она села прямо на колени Тонино. Он почувствовал, что сейчас задохнется от тяжести. А синьора вскочила и закричала:
– Что за сиденья в этом троллейбусе! Даже сесть нельзя как следует! Смотрите, я кладу сумку, а она повисает в воздухе!
На самом деле сумка лежала на коленях у Тонино.
В троллейбусе заспорили, и почти все пассажиры энергично выразили свое возмущение по поводу плохой работы троллейбусной службы.
Тонино вышел в центре города, прошмыгнул в кондитерскую, подошел к прилавку и начал загребать обеими руками карамель, шоколадные конфеты и всевозможные пирожные. Продавщица, заметив, что все исчезло с прилавка, решила, что виноват в этом почтенный старый синьор, который покупал конфеты для своей тетушки. Синьор возмутился:
– Я вор?! Да знаете ли вы, с кем разговариваете?! Да знаете ли вы, кто был мой отец? Да знаете ли вы, кто был мой дед?!
– И знать не желаю! – заявила продавщица.
– Как! Вы позволяете себе оскорблять моего деда?!
Усталый и немного испуганный, Тонино вернулся домой. Мать стояла на балконе, с тревогой ожидая его.
– Я здесь, мама! – крикнул Тонино. Но она не видела его и не услышала, а продолжала с тревогой смотреть на улицу.
– Папа, вот и я! – воскликнул Тонино, войдя в комнату и усевшись на свое обычное место за обеденным столом.
Но отец не слышал его и продолжал ворчать:
– Что такое? Почему Тонино так долго нет? Не случилась ли с ним какая-нибудь беда?
– Папа, но я ведь здесь! Мама, папа, я здесь! – закричал Тонино. Но они не слышали его.
– Я не хочу больше быть невидимкой! – заплакал Тонино, и сердце у него разрывалось на части. – Хочу, чтобы отец видел меня, чтобы мама ругала меня, чтобы учитель вызывал меня отвечать урок… хочу играть с ребятами! Очень плохо быть невидимкой, очень плохо быть одному!
Грустный он вышел на лестницу и спустился во двор.
– Отчего ты плачешь? – спросил у него старик, гревшийся на солнышке возле ворот.
– Ой, вы меня видите? – обрадовался Тонино.
– Вижу, а что? Я каждый день вижу, как ты уходишь в школу и возвращаешься домой.
– А я почему-то никогда не замечал вас.
– Знаю. На меня никто не обращает внимания. Старый, одинокий старик… С какой стати ребята будут замечать меня? Я для вас будто человек-невидимка…
– Тонино! – позвала в этот момент мать с балкона.
– Мама! Ты меня видишь?
– Ах, лучше бы я и не видела тебя, негодный мальчишка! Поднимайся наверх! Иди-ка сюда, иди! Сейчас отец покажет тебе!
– Бегу, мама, бегу! – обрадовался Тонино.
– И ты не боишься взбучки, которая тебя ожидает? – засмеялся старик.
Тонино бросился ему на шею и расцеловал.
– Вы спасли меня!
– Ну, это уж слишком! – улыбнулся старик.
(Илл. В.Канивца)
