В древнем городе Нурабаде жили когда-то муж и жена. Долгое время у них не было детей, и они сильно огорчались этому. Но вот, когда мужу было уже за пятьдесят, а жене больше сорока, Аллах послал им сына. Мальчик рос добрым, послушным и очень смышленым.
Когда ему пришло время идти в школу, его родители попросили домоллу[1] обучать их сына чтению и письму. Каждый день рано утром мальчик складывал в матерчатую сумку книжки, тетрадь, тростниковое перо и с радостью шел учиться. Он постигал тайны разных наук, доискивался до сути непонятных слов и сложных выражений, расспрашивал своего учителя и других сведущих людей. К двадцати годам он и сам стал ученым человеком, а слава о его знаниях выросла больше него самого.
Вот как-то раз юноша повстречался с одним стариком, мудрость которого была словно гора с белоснежной вершиной. Старик дал ему советы и наставления, а также научил некоторым важным заклинаниям. На прощанье он подарил юноше волшебный коврик и сказал:
— Ты уже взрослый, тебе нужно жениться. Попроси своих родителей, чтобы посватали за тебя дочь падишаха. Они, наверное, будут тебя отговаривать, захотят найти тебе другую невесту — красивую, умную и работящую, но ты не соглашайся. Скажи, что хочешь взять в жены только дочь падишаха.
Договорил последнее слово и исчез, словно растаял в воздухе…
А юноша сел на волшебный коврик, подумал о родительском доме и сказал, как научил его мудрец:
— Коврик мой, коврик, лети, как птица,
в нужном месте хочу очутиться!
В тот же миг юноша очутился в родном дворе. Тогда он встал и произнес:
— Коврик мой, ковриком быть перестань,
лучше платочком маленьким стань!
И коврик превратился в носовой платок. Взял юноша этот платок, положил себе в карман и вошел в дом.
Вечером, когда семья поужинала, он завел с отцом и матерью разговор о сватовстве. Услышали родители, что их сын хочет жениться на дочери падишаха, руками замахали:
— Что ты, сынок?! Мы простые, старые, бедные люди. Нет у нас ни знатности, ни богатства, чтобы платить такой огромный калым. Да и не согласится никогда падишах отдать за тебя свою родную дочь!
— А все-таки вы попробуйте посвататься к ней, отец, — стал упрашивать юноша.
— Как только услышит падишах, с чем я к нему явился, палачей позовет! — ответил ему отец.
— А все-таки вы попробуйте посвататься к ней, отец, — стал упрашивать юноша.
— Как только услышит падишах, с чем я к нему явился, палачей позовет! — ответил ему отец.
— Ничего не бойтесь, просто выслушайте, что скажет падишах, — продолжал упрашивать сын. Согласился отец, скрепя сердце.
Но на следующий день не пошел он во дворец, побоялся гнева падишаха. И через день не пошел. Только на третий день собрался с духом и ранним утром, еще солнце толком не успело показаться на краю небес, отправился во дворец. Прошел в открытые ворота и увидел в уголке метлу. Взял ее, подмел падишахский двор и домой вернулся.
А еще через день, когда старик снова подметал двор, выскочила из дворца падишахская охрана, схватила его и доставила к правителю. Сдвинул брови падишах:
— Кто ты такой и зачем явился ко мне? — спросил он грозно.
Еле-еле осмелился отец юноши рассказать о своем деле.
Услышав о сватовстве, падишах очень разозлился на такую дерзость. Лицо его стало красным, рот перекосился, глаза кровью налились. Велел он немедленно позвать палачей и казнить наглеца. Явились палачи и уже поволокли было старика к дверям, когда в дело вмешался визирь. (Надо вам сказать, этот визирь был очень мудрым и справедливым человеком). Заступился он за старика, попросил падишаха простить беднягу.
— Ты хочешь сказать, что сын этого бродяги будет достойным женихом для моей дочери?! — воскликнул падишах.
— Нет, мой повелитель, — спокойно ответил визирь. — Но зачем же мы будем проливать невинную кровь? Давайте лучше поставим ему какое-нибудь условие. Оно должно быть таким трудным, чтобы сын старика не смог его выполнить. Тогда он больше и сам не будет беспокоить нас.
— Что ж, — немного смягчился падишах, — придумай тогда ему такое условие.
Визирь повернулся к старику и сказал ему:
— Отец, пусть ваш сын пойдет из города на восток и дойдет до кишлака[2] Байткурган. Там, на самом краю кишлака, стоит большая хлебная печь, врытая прямо в землю, а в печи живут старик со старухой. Наружу они выходят только по очереди и всегда — в одинаковых халатах. Если ваш сын узнает, почему они живут в печи, почему выходят наружу только по очереди и почему у них одинаковые халаты, падишах выдаст за него свою дочь.
Отпустили старика палачи, вернулся он домой и передал сыну слова визиря. Юноша вышел во двор, сел на волшебный коврик и оказался рядом с той самой печью в кишлаке Байткурган. Сел он неподалеку и стал ждать.
Когда до полуденной молитвы осталось несколько минут, из печи вылез старик с длинной белой бородой и кумганом[3]. Кряхтя, он сходил по нужде, совершил омовение и снова забрался в печь. Через пару минут вылезла старуха в таком же халате. И она сделала все, что необходимо, а потом снова скрылась в печи. Перед заходом солнца все повторилось.
На следующий день ко времени полуденной молитвы юноша снова сидел неподалеку от странной печи. Дождавшись, когда старик выйдет наружу, юноша поздоровался, почтительно кланяясь, назвал свое имя и задал свои вопросы.
— Сынок, не мучай меня расспросами, я ничего тебе не скажу. Лучше дай мне пройти, ведь уже наступило время молитвы! — сказал он.
Но юноша не отступал. Он так горячо стал просить старика, что тот не выдержал:
— Хорошо, ты узнаешь то, что хочешь, если сделаешь дли меня одно дело. Поезжай в город Карабулак — там, на городском кладбище, в старой сторожке, живет один старик. Он плачет, не переставая, день и ночь напролет. Спроси у него, почему он там живет, есть ли у него родственники и почему он все время плачет Если расскажешь мне его тайну, то и я расскажу тебе о своей жизни.
Вот отправился юноша в город Карабулак и разыскал плачущего старика. Но не захотел старик отвечать на его вопросы.
— Сынок, не мешай мне изливать мою скорбь. Иди своей дорогой. Много любопытных бездельников уже приходили ко мне с расспросами, и никому не стал я рассказывать о моей жизни.
— Отец, я не такой, как они. Мне очень важно узнать ответ, — сказал юноша. И так долго он упрашивал старика, что наконец тот смягчился:
— Хорошо, ты узнаешь то, что хочешь, если сделаешь для меня одно дело. Поезжай в город Акбулак — там живет хозяин пекарни. У него в пекарне работают восемьдесят пекарей, каждый день они тратят не меньше ста мешков лучшей муки — целых двадцать печей с раннего утра и до обеда пекут ароматные лепешки. Всем пекарям хозяин платит хорошее жалованье. Но работа их не имеет смысла, ведь каждый день в обед весь испеченный хлеб грузят на арбы — обычно их получается больше двадцати и везут за город, к морю. Там все лепешки бросают в воду, и арбы возвращаются в город. Эта странность продолжается изо дня в день вот уже несколько лет. Если ты узнаешь для меня тайну этого пекаря, то в благодарность я расскажу тебе о своей.
Волшебный коврик перенес юношу в город Акбулак. В этом городе каждый знал о странном хозяине пекарни, поэтому его не пришлось долго искать.
В пекарне, как и рассказывал старик, в поте лица трудились восемьдесят пекарей, в двадцати печах пеклись душистые лепешки.
Потом лепешки погрузили на арбы, отвезли на берег моря и бросили в воду.
А на следующее утро снова затопили двадцать печей.
Когда юноша вошел в пекарню, хозяин пил чай. Он оказался приветливым и гостеприимным человеком, пригласил юношу к столу и стал угощать его. Налил чаю в красивую пиалу, разломил только что испеченную горячую лепешку.
— Я услышал о вас в городе Карабулак, — стал рассказывать юноша, — и решил узнать причину, по которой вы так, не жалея, тратите свое богатство.
— Вы, я вижу, чего то ищете, джигит, — ответил на это хозяин пекарни. — Если вам нужны деньги, я могу дать вам сколько нужно, но не спрашивайте меня о моей тайне, все равно ничего не узнаете.
— Вы добрый и мудрый человек — сказал юноша, — от вас сейчас зависит моя судьба, поэтому я сделаю для вас все, что пожелаете, чтобы узнать ответ на свой вопрос.
— Что ж, — улыбнулся хозяин пекарни. — В городе Хорасане живет искусный шорник. Он такой хороший мастер, что за седло, которое он делает ровно год, берет тысячу таньга.
Когда же покупатель дает ему деньги и уходит из мастерской с седлом, шорник смотрит на деньги и вдруг бледнеет, глаза его становятся глазами безумца, на лбу выступает холодный пот. Он бежит за покупателем, возвращает деньги и отбирает назад свое седло. Вернувшись в мастерскую, шорник хватает топор и рубит седло на мелкие кусочки. Так за одну минуту он уничтожает то, что старательно и с любовью делал целый год. Почему он поступает так и зачем каждый раз снова начинает свою работу? Если вы узнаете, в чем тут дело, и расскажете мне, то и я расскажу вам о своей жизни.
Волшебный коврик снова сослужил юноше свою службу. Прошло немного времени, и юноша уже шел по улице города Хорасана. Он попал к шорнику как раз, когда седло было почти готово — мастер занимался его отделкой. Придя еще через два дня, юноша увидел, что все готово и что седло получилось очень красивым. Сам шорник никак не мог им налюбоваться. Когда он выставит седло у всех на виду, многие прохожие останавливались у мастерской, чтобы рассмотреть его, — некоторые просто удивлялись столь искусной работе, другие — приценивались.
Около полудня к шорнику пришел сын одного бая и спросил, сколько стоит новое седло. Услышав в ответ про тысячу таньга, он удивился:
— Но это очень большие деньги!
— Если вы умеете ценить искусную работу, то понимаете, что седло того стоит. Если же нет — пусть остается у меня, мне не очень хочется с ним расставаться.
— Но почему вы не хотите продать мне седло? — удивился байский сын.
— Я не доделал там кое-что, мне нужно еще немного времени…
— Хорошо, возьмите деньги, за седлом я зайду через неделю, — предложил байский сын.
— Нет, пока я не готов продать его, — заявил шорник и ушел к себе в мастерскую.
Там он схватил топор и разрубил это прекрасное седло на мелкие кусочки. А на следующий день снова сел за работу — начал делать новое седло. Юноша снова пришел в мастерскую и стал расспрашивать его обо всем, что видел. Но мастер не захотел ничего объяснять:
— Ни к чему эти расспросы, сынок, — сказал он. — Я ничего не могу сказать тебе. Лучше иди, займись своим делом, ведь ты мешаешь мне работать!
Но юноша не уходил. Долго пришлось ему уговаривать шорника, прежде чем тот сказал:
— Что ж, если тебе действительно так важно узнать о моей жизни, я расскажу тебе. Но только после того, как ты сам расскажешь мне об одном деле. Есть на свете город Шерабад, и правит там царь Санобар. Говорят, много лет назад он увидел семилетнюю девочку Гуль, и она ему так понравилась, что он уговорил ее родителей, чтобы они отдали свою дочь ему на воспитание. Гуль росла в царском дворце как принцесса — у нее было все, о чем только можно мечтать. Няньки и мамки ходили за ней следом, выполняя любой каприз. А когда Гуль выросла и стала красивой девушкой, Санобар женился на ней. Говорят, весь город был приглашен на свадебный пир. А еще говорят, что прошло какое-то время, и царь посадил свою молодую жену в железную клетку… Поезжай, сынок, в город Шерабад, узнай, почему Санобар так поступает с бедняжкой Гуль? Если же она совершила какой-то проступок, почему он просто не даст ей развод и не вернет родителям? Если узнаешь тайну Санобара, то сможешь узнать и мою.
Юноша снова сел на волшебный коврик и очутился у городской стены. Стену охраняли воины с копьями и луками, а позади них видна была высокая, могучая крепость. Шерабад оказался большим городом, и проникнуть во дворец было очень непросто.
Много дней прожил там юноша, прежде чем случай свел его с дворцовым поваром, который помог ему устроиться учеником в царскую кухню. Юноша был старательным, ловким и расторопным. Повара полюбили его и делились с ним секретами вкусных блюд. Вскоре он хорошо изучил поварское искусство и смог стать помощником главного повара.
Главный повар знал, что во всем может положиться на юношу, и однажды, уехав на свадьбу к родственникам, поручил ему целый день готовить кушанья для царя Санобара.
В тот день завтрак, обед и ужин были поданы к царскому столу как всегда, в положенное время, но каждое блюдо отличалось своим особым, изысканным, неповторимым вкусом. На следующий день повар вернулся и снова стал готовить все сам. После обеда Санобар призвал его к себе и спросил:
— Скажи мне, кто готовил для меня вчера?
Повар испугался и соврал:
— Я сам готовил, повелитель.
— Не лги мне, — сказал царь. — Вчера у блюд был особый вкус. Если скажешь правду, я не стану наказывать тебя.
— О, повелитель, — сознался тогда главный повар, — вот уже год как работает на нашей кухне один юноша. Он очень старательный и уже стал искусным поваром, поэтому я сделал его своим помощником. Вчера он готовил для вас.
— Что ж, ты оказался прекрасным учителем, твой ученик превзошел в поварском искусстве тебя самого. Позови его ко мне.
Повар поклонился и скорее побежал на кухню.
— Тебе повезло, — сказал он юноше, — царю понравились твои кушанья. Он зовет тебя к себе. Если он назначит тебя главным поваром, не прогоняй меня, ведь это я научил тебя так готовить.
— Не волнуйтесь, — улыбнулся в ответ юноша, — я умею помнить добро и быть благодарным.
И вот, через несколько минут он стоял перед троном царя Санобара. Мягкие, пушистые ковры покрывали пол комнаты, стены были убраны шелком, золотая царская корона сверкала алмазами и рубинами. Но не смутился юноша. Он почтительно поклонился царю.
— Это ты — тот молодой повар, что готовил для меня вчера? — спросил Санобар.
— Да, повелитель, — ответил юноша.
— Я знаю, что ты служишь нам с усердием и старанием, и хочу вознаградить тебя за это. Попроси у меня, что хочешь, я дам тебе это, — пообещал царь.
— О, повелитель, у меня есть все, что нужно, — сказал юноша.
— Ты скромен и ведешь себя очень достойно, но все же я хотел бы чем-то одарить тебя. У каждого человека есть желания. Скажи мне свое, — настаивал правитель.
— Мне ничего не нужно. Если же вы хотите одарить меня, то расскажите мне тайну вашей жены Гуль — за какой проступок вы держите ее в железной клетке?
Царь удивился и рассердился:
— Про Гуль забудь и даже имени ее не произноси! Я могу дать тебе богатство, могу дать тебе хорошую должность, неужели ничто из этого не интересует тебя?
— О, господин, у меня все есть. Мое единственное желание вам известно. Если вы не хотите его исполнить, то я вернусь на кухню и буду работать по-прежнему, ведь сама работа для вас — уже счастье.
Услышав такие слова, Санобар подозвал к себе стражника и велел ему показать юноше Дворец Назиданий. Стражник повел юношу в роскошный царский сад. Зелень здесь была пышна и свежа, яркие, разноцветные цветы благоухали тончайшими ароматами, сладчайшее пение птиц будило в сердце радость и надежду. Прозрачная холодная вода арыков сверкала на солнце. Каждый, кто попадал в это чудесное место, чувствовал себя счастливейшим на Земле человеком, здесь исцелялись все болезни и все печали.
— Посмотри на все это, юноша! — сказал стражник. — Разве не прекрасна жизнь? Один день в этом саду делает тебя моложе на пять лет.
Но, пройдя сквозь сад и войдя во Дворец Назиданий, юноша увидел совсем другую картину, и она ужаснула его. Всюду, куда бы он ни посмотрел, висели отрубленные головы.
С дрожью в голосе он спросил у стражника:
— За что пострадали эти бедные люди, почему их так много и почему их головы висят здесь?
— Эти люди были такими же дураками, как ты, — они хотели узнать, почему царица Гуль сидит в клетке. И хотя все они были знатными вельможами — царевичами и сановниками, все лишились своих голов. Если ты снова попросишь Санобара поведать тебе его тайну, ты узнаешь ее. Но сразу после этого твоя голова присоединится к головам этих глупцов. Царь велел мне показать тебе Дворец Назиданий, чтобы ты одумался и не губил свою молодую жизнь напрасно.
Снова представ пред троном царя Санобара, юноша почтительно поклонился.
Царь стал уговаривать юношу:
— Ты молод и красив. Кроме того, ты достиг совершенства в своем искусстве. Я могу дать тебе богатство и знатность. Зачем же тебе умирать?
— Повелитель, — скромно ответил юноша. — Я простой человек, и мне не нужны знатность и богатство. Если вы не хотите рассказывать, не говорите ничего. Но больше мне просить не о чем.
— Что ж, я обещал выполнить твою просьбу, и я сделаю это. Но тогда мне придется убить тебя, — печально сказал Санобар.
— Что ж, я согласен. Только прощу вас, когда вы закончите свой рассказ, дайте мне немного времени, чтобы я мог выпить пиалу горячего чая. А потом делайте со мной, что хотите.
Царь Санобар пообещал юноше, что даст ему немного времени, и начал свой рассказ:
— Я увидел Гуль, когда ей было всего семь лет. Ее красота ослепила меня, и я уговорил ее родителей отдать ее мне на воспитание. Десять лет она жила во дворце, ни в чем не зная отказа. Лучшие воспитатели учили ее манерам, лучшие учителя — наукам. Когда же Гуль выросла и стала совершеннолетней, я женился на ней.
Сорок дней и сорок ночей вся моя столица, весь народ, от мала до велика, угощался на свадебном пиру, веселился, плясал и пел песни. Все желали нам счастья. И я действительно был счастлив, ведь я очень любил царицу Гуль. С ней рядом время летело незаметно, и вот прошло три года. Мы почти никогда не расставались, даже на охоту я брал свою жену с собой. Специально для этого у меня были два быстроногих коня. Однажды вечером, в день перед охотой, я зашел на конюшню, проверить, готовы ли они.
Смотрю и вижу: кони мои стоят понурые и усталые, шерсть у них грязная и взлохмаченная. Стал я конюха ругать:
— Что же ты, бездельник, так плохо ухаживаешь за ними?! Смотри, какие они понурые, какие худые — ребра сосчитать можно!
— Как же им не быть худыми и усталыми — отвечает мой конюх, — если вы каждую ночь ездите на них!
— Я? В своем ли ты уме, негодяй?! — закричал я на него.
— Повелитель, — говорит мне конюх, чуть не плача, — да ведь каждый вечер вы сами приходите в конюшню, велите седлать то одного коня, то другого и уезжаете. А возвращаетесь под утро, и конь под вами весь взмыленный, падает с ног от усталости. Что же я могу поделать, ведь ваши кони даже не успевают как следует отдохнуть…
Удивился я и задумался. А потом велел конюху вечером оседлать обоих коней. И как только тот человек уедет, пойти во дворец и разбудить меня самого. Но никто меня не разбудил — на следующее утро я проснулся, когда было уже совсем светло. Я снова отправился в конюшню и недовольно спросил у конюха:
— Что же ты не разбудил меня сегодня ночью?
— О, повелитель, я пытался разбудить вас — ответил он. — Я звал вас и громко стучал в дверь, но вы так крепко спали, что не проснулись.
— Сегодня постарайся как следует! — приказал я ему.
Ночью конюх, сломав дверь, вошел в мою спальню и поднял меня на руки. С груди моей скатилась большая круглая бусинка, и я проснулся. Поблагодарив конюха, я взял эту бусинку, положил ее в карман и отправился догонять неизвестного мне всадника.
Ночь была светлая, лунная, и я увидел его издалека. Стараясь остаться незамеченным, я следовал за ним. Оказалось, что он скачет в мой загородный дом, окруженный садом. После того, как он въехал в ворота, спешился и привязал коня, я узнал всадника: это была моя жена — царица Гуль. Она вошла в дом.
Я спешился и пошел за ней следом. В мехмонхане[4] сидели сорок рабов-негров во главе со своим командиром Кархатоном. Я держал их в этом доме дли охраны. Но сегодня никого из них не было на посту — они сидели вокруг Кархатона и разливали вино в глиняные чаши.
Когда туда вошла царица Гуль, Кархатон грубо обругал ее за опоздание. Она стала оправдываться:
— О, Кархатон, сегодня мне стоило большого труда усыпить Санобара. А когда я ехала сюда, мне все время казалось, что кто-то преследует меня.
— Я дал тебе волшебную бусину. Если ее положить на грудь человеку, никакие силы в мире не смогут разбудить его! Ну ладно, иди сюда, разливай вино! — приказал Кархатон.
— Сегодня мне лучше вернуться во дворец, — сказала ему Гуль. — Я боюсь, и душа моя неспокойна. Вдруг Санобар проснется и приедет сюда!
— Что ж, — усмехнулся Кархатон, — если он попробует сюда явиться, то найдет здесь свою смерть! Я не стану с ним церемониться!
Но Гуль никак не могла успокоиться и все твердила:
— Я боюсь, мой батыр!
Кархатон не слушал ее. Еще громче он приказал:
— Скорее наливай вина мне, и себе, и всем. Мы устали ждать!
Гуль послушно стала разливать вино: сначала Кархатону, а потом и всем рабам по очереди. Я стоял у входа в мехмонхану, достав меч из ножен и готовясь ворваться внутрь, чтобы покарать презренных. Гуль снова повторила, что у нее плохое предчувствие. Тогда Кархатон велел одному из рабов выйти во двор и осмотреть сад, чтобы успокоить ее.
Раб вышел во двор, но я был наготове. Одним ударом меча я покончил с ним. Через некоторое время, заметив, что раб еще не вернулся, Кархатон послал за ним второго. Я поступил с ним так же. Спустя еще несколько минут вышел третий раб. За ним четвертый… Одного за другим я убил сорок рабов.
Когда никто из них не вернулся, Кархатон понял, что предчувствия не обманули Гуль. Он схватил меч и закричал:
— Входи, Санобар! Посмотрим, на чьей стороне счастье!
Это была самая тяжелая схватка за всю мою жизнь. То мне удавалось получить небольшой перевес, и я думал, что победа близка, то Кархатон с новой яростью бросался на меня, и мне казалось, что я на волосок от смерти. Но все же я оказался сильнее и одолел врага. Царицу Гуль я привез в город и посадил в железную клетку. Вот и вся моя история. А теперь, юноша, готовься к смерти. Ты сам выбрал такую судьбу.
Юноша попросил:
— О, повелитель, позвольте мне выпить пиалу горячего чая.
— Сейчас подадут чай, а палач уже идет сюда, — ответил ему царь.
Юноша вынул из кармана маленький платок и произнес волшебные слова. Платок стал ковром, и, сев на него, юноша поднялся в воздух. Служитель с пиалой на подносе, вошедший в комнату, показавшийся в дверях палач с топором и грозный царь Санобар на своем троне — все застыли от удивления.
Коврик же вылетел в окно, и через мгновение юноша уже оказался у городских ворот Хорасана.
Придя в мастерскую к шорнику, юноша почтительно поклонился и поздоровался. Шорник узнал его, расстелил дастархан, принес лепешки и сладости и пригласил гостя пить чай. Юноша поведал шорнику историю царя Санобара и его красавицы жены. Очень удивился шорник и спросил:
— Но как же тебе, сынок, удалось остаться в живых? Говорят, Санобар казнит всякого, кто узнает эту тайну…
— Отец, я не могу сказать вам этого, — ответил юноша. — Вы обещали, что если я выведаю для вас тайну Санобара, то вы расскажете мне вашу.
Вот наступил вечер, и, поужинав, они сидели вдвоем. Шорник начал свой рассказ:
— Ты знаешь, сынок, что я шорник. Наша семья уже несколько поколений занимается шорным делом. И меня этому обучил мой отец. Но родители рано умерли, и мы с младшей сестрой остались одни. Три года после их смерти я зарабатывал, как мог, своим ремеслом.
Однажды вечером, когда возвратился домой, я очень удивился, войдя во двор: он был полон красивых, нарядных молодых мужчин. Я прошел дальше и во внутреннем дворе увидел множество красивых, нарядных женщин. Среди них была и моя сестра. Я спросил у нее:
— Что за праздник у нас? Кто все эти люди и зачем они здесь?
— Они пришли на вашу свадьбу, брат, — отвечает мне она.
Я был очень удивлен, но последовал за ней, когда она позвала меня в дальнюю комнату и дала мне праздничную одежду. Я умылся, оделся и причесался. Потом какие-то женщины повели меня к невесте. Увидев, какая она красавица, я онемел и подумал: «Разве может быть земная женщина так красива?» Но все произошло очень быстро — были совершены все свадебные обряды, люди ели, пили и веселились. Так я оказался женатым.
Жили мы с женой дружно и хорошо. Через год у нас родился сын, и мы были очень счастливы. День и ночь мы носили его на руках, целовали, ласкали и не могли на него наглядеться. Дом наш был просторный и красивый, денег нам хватало, и между нами царили любовь и согласие. Еще через два года у нас родился второй сын. Счастье наше было полным, и казалось, так будет всегда.
Но прошло еще два года, и как-то раз мы с женой поспорили из-за пустяка. Я почему-то был очень зол в этот день и ударил ее по щеке. А потом ушел из дома и бесцельно бродил до вечера. Вечером, вернувшись домой, я не нашел ни жены, ни сыновей. Только моя сестра плакала в дальней комнате.
— Где моя жена? — спросил я у нее. — Где дети? Почему ты плачешь?
— Эх, брат, ведь она злила вместе с детьми! — сквозь слезы сказала сестра. — Зачем вы ударили ее?
— Как это ушла? Куда ушла? — не понял я.
— Ушла туда, откуда пришла, — сказала она и зарыдала еще сильнее.
Я побежал на улицу, расспросил всех соседей, а потом и просто случайных встречных, обошел весь город вдоль и поперек, но никто не смог ничего мне сказать — никто не видел ни мою жену, ни моих детей… Я долго ждал их, но они так и не вернулись ко мне. Прошло уже много лет, но еще и сейчас в сердце моем живет маленькая надежда, что когда-нибудь я увижу и обниму их. А пока их нет, я стараюсь ни о чем не думать — день и ночь руки мои и голова заняты работой — я делаю седла. В работе я забываю о своем горе. Но когда седло уже сделано, продав его и получив за него деньги, я вспоминаю всю мою историю. Боль одиночества и потери сжимает мое сердце. Глаза мои застилает туман, и образы горячо любимой жены и детей, образы нашего счастливого прошлого приходят ко мне. Не в силах выдержать этого, я возвращаю деньги обратно, забираю свое седло, хватаю топор и начинаю рубить его. А потом начинаю делать новое, и работа успокаивает меня, дарит мне забытье. Если я не буду так поступать, то умру от тоски.
Выслушав рассказ шорника, юноша поблагодарил его и отправился дальше, ведь у него было дело. Следующей остановкой на его пути домой был город Акбулак. Попав туда, юноша снова пришел к странному хозяину пекарни. Тот занимался своим обычным делом — наблюдал, как пекутся лепешки. Увидев гостя и узнав его, он снова пригласил юношу выпить с ним чаю.
Сидя за дастарханом, юноша рассказал хозяину пекарни печальную историю шорника. Удивленный хозяин спросил:
— Неужто этот гордый человек сам открыл вам свою тайну? Как же вам удалось его уговорить?
— Это не важно, — ответил юноша. — Главное, что я выполнил ваше желание, и теперь хотел бы услышать вашу историю.
Хозяину пекарни ничего не оставалось, кроме как начать свой рассказ:
— Семья наша была самой бедной в округе. Когда умер отец, чтобы заработать кусок хлеба, мне приходилось наниматься на самую грязную, черную работу. Я не был обучен никакому ремеслу, потому что у меня не было денег; чтобы заплатить за это. В один из дней, я стоял на базаре в окружении таких же бедняков, как я сам.
Мы ждали в надежде, что кто-то из богачей наймет нас на работу. Вот тогда к нам и подъехал сын купца. Он был одет в новый бархатный халат, подпоясан золотым поясом, на ногах — мягкие кожаные сапоги, на голове — шапка из куньего меха. И конь под ним был благородных кровей — вороной, с белой отметиной на лбу. Сбруя у него была из серебра да золота, украшенная драгоценными камнями.
Осмотрел нас молодой богачи сказал: «Эй, вы, я ищу себе работника! Одиннадцать месяцев в году я буду его кормить и поить, и он ничего не будет делать, только один месяц в году он будет работать на меня. Условия выгодные! Кто пойдет?»
Я был очень голоден и решил, не раздумывая. Подошел к нему и сказал: «Я готов пойти к вам на службу». Мы отправились к нему домой. По дороге я рассказал новому хозяину о своей жизни, и, похоже, он остался мной доволен. Когда мы добрались до его дома, он привел меня в большую мехмонхану и показал мне комнату.
— Здесь вы будете жить. Кормить буду хорошо, спите и отдыхайте, сколько хотите.
Я немедленно попросил еды, и он принес мне большую чашку молочного чая со сливочным маслом, а сам куда-то ушел. Я наелся, напился, и лег отдохнуть. На обед сын купца принес мне большое блюдо вкуснейшего плова, а на вечер — миску наваристой похлебки и две лепешки. И на следующий день, и еще много-много дней меня хорошо кормили, давали спать вдоволь и не поручали никакой работы. Так незаметно пролетело одиннадцать месяцев. Но как только наступил первый день двенадцатого месяца, рано утром хозяин велел мне идти во двор и запрячь лошадь в арбу. На арбу мы погрузили кошму[5], посуду, большой бурдюк и подстилки.
Когда еда была готова, хозяин сам положил мне полную касу[6] и дал в руки. Когда я съел, он положил мне добавку, приговаривая: «Кушайте, кушайте, здесь много…» Это последнее, что я помню. Видимо, он что-то подсыпал мне в плов.
Очнулся я оттого, что стал задыхаться. Открыл глаза и понял, что сижу в бурдюке, завязанном сверху. Тогда я напряг все свои силы и разорвал веревку. Выбрался из бурдюка, осмотрелся: я на острове, а вокруг — только вода и волны. Не знаю, сколько времени носило меня по волнам в этом бурдюке, пока не выбросило на берег этого острова.
А берег был удивительный — прямо под моими ногами сверкали на солнце драгоценные камни. Их было так много, что блеск слепил мои глаза. Алмазы, рубины, изумруды валялись на берегу, как простая галька. Я спохватился, набрал скорее целый бурдюк и накрепко завязал его веревкой. Да еще карманы себе набил этими сокровищами. Вдруг надо мной раздался шум крыльев — я поднял голову и увидел огромную птицу. Она опустилась низко-низко и, пролетая над берегом, схватила бурдюк. Я успел только вскрикнуть, а она уже снова умчалась в небесную даль.
Один на пустынном берегу неизвестного острова я прожил шесть дней и шесть ночей. Ловил рыбу и, почистив ее, оставлял на камнях, раскаленных солнцем. А потом, когда солнце пропекало ее как следует, я утолял ею голод. Одиночество очень мучило меня, и я стал думать, что погибну от тоски в этом странном месте. Но на шестую ночь мне приснился сон, будто бы ко мне подошел седовласый старик с длинной белой бородой, улыбнулся и сказал: «Просыпайся, сынок, посмотри — вон там есть мост, по нему можно перейти на ту сторону моря». Проснулся я и вижу — в той стороне, куда указывал старик, действительно виднеется мост. Такой длинный, что дальний его конец теряется в море. Я побежал к нему и стал переходить море. Шел очень долго и уже еле передвигал ноги, когда наконец ступил на другой берег. Здесь я оглянулся, и на моих глазах мост рассыпался, а его части превратились в огромные косяки рыбы, которые ушли в глубину. «Так, значит, это чудо сотворили рыбы», — понял я. И решил, что если когда-нибудь удача улыбнется мне и я разбогатею, то в благодарность за свое спасение все свое богатство я отдам рыбам.
Переночевав на берегу, утром я отправился в город. Там продал один из алмазов и купил себе новую одежду, Я сильно похудел и загорел на острове, к тому же был одет в другую одежду, и решил, что меня никто не узнает. Это было олень кстати, потому что я хотел проучить своего хозяина.
Отправившись на базар, как и год назад, я присоединился к людям, которые ждали, не наймет ли кто-нибудь их на работу. Спустя некоторое время явился мой хозяин. Он снова был одет в новый бархатный халат, подпоясан золотым поясом, на ногах — мягкие кожаные сапоги, на голове — шапка из куньего меха. И конь под ним был тот же — вороной, с белой отметиной на лбу. Хозяин сказал, что ему нужен работник, чтобы работать один месяц в году, и я тут же вызвался. Он долго рассматривал меня, но так и не узнал.
Он привел меня в свой дом и поселил в той же самой комнате. И снова я зажил, не зная забот, — пил, ел, спал да отдыхал. А в первый день двенадцатого месяца, как и год назад, мы поехали к морю. Однако на этот раз я оказался хитрее и сам подсыпал сонного зелья в илов хозяину. А потом вручил ему полную касу и стал приговаривать: «Кушайте, дорогой хозяин, кушайте!» Он съел несколько ложек и уснул. Тогда я затолкал его в бурдюк, крепко завязал веревкой и отправил на остров по морским волнам. А сам остался на берегу.
На следующий день, когда солнце уже клонилось к закату, ко мне прилетела та самая птица и принесла бурдюк, набитый драгоценными камнями. Вернувшись в город, я пришел к жене хозяина. Рассказав ей о том, как ее муж обманом губил бедных людей, я закончил свою речь такими словами:
— Я поступил с ним так же, как он поступал с другими. Теперь буду здесь хозяином. Если хотите, оставайтесь жить со мной, будете моей женой. А нет — идите на все четыре стороны.
И ушел в свою мехмонхану. Через несколько дней хозяйка согласилась на мое предложение, и мы стали жить как муж и жена. У нас родились двое детей — сын и дочь. А в подвалах дома обнаружилось несколько больших сундуков, доверху наполненных золотом и драгоценными камнями. Найдя их, я вспомнил свое обещание, данное после чудесного спасения, и построил большую пекарню. Теперь каждый день я кормлю рыб лепешками. Вот и вся моя история.
Юноша поблагодарил хозяина пекарни за его рассказ, за чай, за вкусные лепешки и сладости, попрощался и отправился дальше — в город Карабулак. Старик, который жил в кладбищенской сторожке, все так же плакал и горевал. Увидев юношу, он пригласил его присесть, а услышав рассказ о приключениях хозяина пекарни, сказал:
— Что ж, сынок, видно, ты очень упрямый — удалось тебе узнать тайну пекаря. Слушай теперь мою…
Раньше я был удачливым, богатым купцом, ездил по разным странам и городам — покупал и продавал множество товаров, а потом снова покупал и снова продавал. Мои торговые путешествия были частыми.
Однажды я отправился по делам в ближний город. Но не успел доехать, как меня догнало радостное известие — моя жена, которая была на сносях, родила дочь. Я поспешил обратно. Мы с женой были счастливы, любовались нашей малышкой, ласкали ее и носили на руках день и ночь. Но как ни заботились мы о ней, как ни берегли ее, на сороковой день она заболела. Ни один из лекарей не знал, что это за болезнь, ни один знахарь не мог ее вылечить. Все тело малышки было покрыто маленькими язвами, и они никак не проходили от лечения, а только появлялись новые. Не помогали ни лекарства, ни травы, ни заговоры.
Но время шло, и наша дочка, хоть и болела, а росла, как все дети. Когда ей было семнадцать лет, со мной произошел странный случай. Я пошел к родственникам на свадьбу и возвращался домой самой короткой дорогой — через кладбище. Прямо на дороге, рядом с одной из могил, я увидел череп с какой-то надписью.
Нагнувшись поближе, я прочел ее: «Эта голова убьет четырнадцать человек». «Что за ерунда! — подумал я. — Как этот пустой череп может убить столько людей?!» Но потом, сам не знаю почему, сунул череп за пазуху и принес его домой. А дома велел жене истолочь его в мелкий порошок, насыпать этот порошок в мешочек и завязать. Жена пошла за ступкой, но пока она ходила, мне пришло в голову, что, пожалуй, испугается она, и не станет ничего делать. Я сам разбил череп на маленькие кусочки, и когда жена вернулась, положил их в ступку. Жена сделала, как я велел ей, а потом спрятала мешочек с порошком в сундук.
На следующий день я уехал с караваном в дальнюю страну. Долгим был наш путь, во многих городах торговали мы нашими товарами, дела шли хорошо, а нам хотелось, чтобы они шли еще лучше, и поэтому мы не могли остановиться — продавали и покупали, продавали и покупали… Так, в делах и заботах, прошло несколько лет. Я был очень далеко от дома и не знал, как дела у моих родных, как там жена и дочь.
А, оказывается, в моем доме произошли большие перемены. Жена, соскучившись по мне, стала перебирать мою одежду. В одном из сундуков она наткнулась на странный мешочек с белым порошком. Забыв, что это такое, жена попробовала порошок на вкус, и решила что это обыкновенное толокно. Она дала попробовать щепотку дочери. Той порошок очень понравился, и она попросила еще. На следующий день, жена заметила, что язвы на теле дочери немного уменьшились, и снова дала ей порошка. Выяснилось, что этот чудесный порошок оказался лечебным, и дочь моя полностью выздоровела.
Но через три месяца все заметили, что она очень располнела. А еще через некоторое время не осталось никаких сомнений в том, что она беременна. И моя жена, и все наши соседки очень удивились этому — ведь наша дочь очень редко выходила из дому. Так или иначе, когда пришло время, у нее родился сын.
Этот мальчик оказался особенным. Он научился говорить, когда ему было несколько месяцев от роду, а потом очень быстро научился читать и писать.
Он рос и взрослел удивительно быстро, и к девяти годам речь его была уже речью мудреца — он знал такие вещи, которых не знали ни молла, ни ученые, ни убеленные сединами старцы.
Мое путешествие подходило к концу, и, подъезжая к городу с караваном, я услышал новость, которая поразила меня: у меня есть девятилетний внук, красивый, здоровый мальчик, мудрость которого изумляет весь город. Я был очень зол, потому что решил, что моя жена выдала дочь замуж, даже не спросив меня. Свернув на свою улицу, я уже готов был сломать собственные ворота, когда они открылись и навстречу мне с радостным криком выбежал мальчик. Он бросился мне на шею, и вся моя злость исчезла в один миг. Прижав мальчика к груди, я понял, что это — мой внук, и понял, что всегда буду нежно любить его.
Он рассказал мне про все, что произошло в доме и в городе за время моего отсутствия, и пока он говорил, я не мог прийти в себя от изумления: ведь он говорил так, как будто был взрослым и очень земным человеком.
Прошло пять дней, как я вернулся в город. Царь пригласил меня и других купцов к себе во дворец. Взяв подарок, я уже собрался идти, но тут внук стал упрашивать меня, чтобы я взял его с собой. Я очень любил мальчика и не хотел его огорчать, поэтому мы пошли вместе.
Пройдя в роскошный зал дворца, мы увидели самых богатых купцов нашего города, которые ждали появления царя. Вот наконец вошел и он со своей свитой и сел на трон.
Низко поклонившись, все купцы по очереди стали рассказывать ему о своих путешествиях — кто где был, что видел, что привез… Один из купцов привез царю в подарок живую рыбу в большом стеклянном сосуде.
Рыба была очень красивая, и все столпились вокруг, чтобы посмотреть на нее. А потом царь велел отнести сосуд на женскую половину, чтобы его жены и их служанки тоже могли полюбоваться на диковинку.
Слуга вышел, но уже через две минуты вернулся обратно вместе с рыбой.
— В чем дело? — удивился царь. — Разве им не понравилась рыба?
— Они сказали, что в гареме не должны появляться особы мужского пола, а эта рыба — самец, — ответил слуга.
Услышав такое объяснение, мой внук громко рассмеялся. Все стали оглядываться на него в испуге.
— Кто смеялся? — гневно спросил царь.
— Этот мальчик, — сказали ему, показывая на моего внука.
Царь приказал немедленно позвать палача и казнить маленького наглеца.
— О, повелитель, — сказал мальчик, — казнить человека всегда можно успеть. Но почему вы не хотите узнать о причине моего смеха?
— Говори! — приказал покрасневший от злости царь.
— Я скажу вам на ухо, — ответил мальчик и подошел к трону. Там он что-то тихо сказал царю на ухо. После этого царь немного успокоился и велел моему внуку снова сесть рядом со мной.
Слуги расстелили дастарханы, принесли фрукты и сладости, вино и чай. Отведав роскошного угощения, купцы начали расходиться. Стали собираться и мы с внуком, но царь сказал мне:
— Ваш внук сегодня останется ночевать во дворце.
Пришлось оставить мальчика. Всю ночь я не спал, думал, как там любимый внук, а утром чуть свет побежал во дворец. Провели меня в богато убранную комнату, а там мой внук сидит рядом с царем, и они пьют чай. Царь одарил мальчика богатейшими подарками и, приветливо поговорив со мной, отпустил домой нас обоих. Я был очень доволен царской милостью и хотел узнать, чем же мой внук ее заслужил.
Дома он рассказал мне обо всем. Оказывается, на ухо царю мальчик сказал такие слова:
— Сегодня ночью я объясню вам, почему смеялся, если вы оставите меня ночевать во дворце.
Когда все ушли, внук предложил царю поиграть в шахматы. Увлекшись игрой, они просидели до полуночи. В полночь мальчик встал с места и сказал:
— Повелитель, возьмите какое-нибудь оружие и пойдемте со мной.
Пройдя на женскую половину, они затянули в комнату старшей дочери царя. Комната оказалась пустой. Выйдя в коридор, они увидели большой чан для умывания, прикрытый деревянной крышкой.
— Приподнимите-ка эту крышку, — сказал царю мальчик.
Подняв крышку, царь увидел ведущую вниз лестницу. Они спустились по ней и попали в коридорчик перед комнатой.
Дверь в комнату была закрыта, и на полу стояли две пары обуви: большие мужские кожаные калоши и маленькие женские. Открыв дверь, царь увидел большую кровать, на которой спала его старшая дочь, а рядом с ней — большой некрасивый мужчина. Мальчик сказал:
— О, повелитель, этот человек свободно входит в гарем, а маленькой бессловесной рыбке не дозволено туда попасть! Вот причина моего смеха.
Царь пришел в ярость и велел казнить всех, кто был в этом подвале.
После этого случая царь частенько вызывал моего внука к себе во дворец — иногда для того, чтобы сыграть в шахматы, а иногда, чтобы решить какую-нибудь государственную проблему.
Но все равно внук мой был еще ребенком. Иногда ему нравилось бегать и озорничать, как все дети. Однажды во время намаза он помешал мне. Я попросил его выйти из комнаты, пообещав, что после молитвы поиграю с ним, и начал молиться заново.
Но только я успел прочесть один стих из Корана, как он снова вбежал в комнату и снова помешал мне. На этот раз я вывел его во двор и попросил погулять там до конца моей молитвы. Но это не помогло, он так и не дал мне спокойно помолиться. Я сказал себе: «Если позволить ему так себя вести, то он вырастет несносным эгоистом. Надо припугнуть его, чтобы он перестал шалить».
Тогда я шлепнул внука, а он вдруг перевернулся два раза и превратился в сухой череп. Тот самый, что много лет назад я нашел на кладбище. Я похоронил этот череп здесь и горько плачу. Каждую секунду я раскаиваюсь в том, что шлепнул его, что был таким нетерпеливым. Пусть бы он еще его и тысячу раз нарушил мою молитву! Если бы я не шлепнул его тогда, он был бы жив и согревал мою старость… Теперь моя жена и дочь остались одни в моем доме, а я дал обет до самой смерти оплакивать здесь моего любимого внука…
История кладбищенского сторожа тронула сердце юноши, и, печальный, он отправился дальше по своему пути — в кишлак Байткурган. Волшебный коврик перенес его прямо к печке. Позвав старика, юноша поведал ему все, что сам услышал в Карабулаке.
В ответ старик рассказал ему вот что:
— Всю жизнь мы были бедны и бродили по свету, пытаясь найти место для лучшей жизни, да так ничего и не нашли. Эта печка — все, что у нас есть. Здесь мы живем уже очень давно. Внутри нее как раз хватает места для нас двоих. Мы ходим в одном и том же халате, потому что он у нас единственный. Поэтому нам и приходится выходить наружу по очереди.
Юноша поклонился старику и, поблагодарив его, вернулся домой, в город Нурабад. Отец и мать истосковались по нему и были счастливы, что их сын вернулся домой живой и невредимый. После вкуснейшего ужина юноша лег спать, а на следующее утро, взяв перо, чернила и побольше бумаги, он начал писать историю своего путешествия. Он написал подробно обо всем, что увидел и услышал во время своих странствий, и обо всех, кто встретился ему на пути. Он писал не один день, и в результате получилась толстая книга. Когда она была завершена, юноша попросил своего отца отнести ее падишаху.
Представ перед падишахом, отец юноши низко поклонился и отдал ему книгу, сказав:
— Повелитель, мой сын прислал вам рассказ о старике и старухе, которые живут в печи в кишлаке Байткурган.
Падишах взял книгу и велел старику прийти через неделю. Вместе с визирем они внимательно прочитали все — от первой до последней строки.
Визирь задумался, а потом сказал падишаху:
— Повелитель, этот юноша сделал то, что никто не сумел до него сделать. Сколько людей погибло, пытаясь узнать хотя бы одну тайну, описанную в этой книге, сколькие вернулись ни с чем. А этот юноша сумел договориться со всеми. Он очень умен. Пусть он беден, но ведь если человек глуп, то и от богатства нет пользы. Он будет прекрасным мужем. Я советую вам выдать за него свою дочь.
Падишах подумал-подумал и согласился. Сорок дней и сорок ночей весь народ пировал на этой чудесной свадьбе. И юноша, и его невеста, и отец с матерью, и падишах, и визирь — все были довольны и счастливы, ведь они достигли своих целей и желаний.
Иллюстратор Монина О.
